Сага о Тидреке из Берна

Þiðreks saga af Bern

Предисловие

Formáli

Если люди желают услышать о великих событиях, которые были во времена язычества, то следует как спрашивать о том, чего ещё не знали, так и сохранять это в памяти. Если люди желают знать неизвестные и длинные саги, то лучше, и позабудется менее, если они будут записаны. Эта сага — одна из самых больших саг, что были сочинены на немецком языке, и рассказывает о конунге Тидреке и его витязях, Сигурде Убийце Фавнира и Нивлунгах, вилькинаманнах и многих других конунгах и витязях, упоминающихся в этой саге.

Сага эта начинается в Пуле и идёт на север через Лунбард, в Фениди, в Сваву, в Унгарию, в Пулиналанд, в Руцию, в Виндланд, в Данмёрк и Свитьод, через всю Саксонию и Фраккланд, и на запад через Валланд и Испанию1, и по всему этому государству проходит эта сага, когда вся рассказана, о подвигах, совершённых людьми, о которых рассказывается, в каждой стране, что были названы. Датчане и шведы также могли рассказывать из неё многие истории, а кое-что они использовали в своих песнях, которыми развлекают могущественных людей. Сейчас поётся много песен, которые давно были сочинены по этой саге. Северные мужи собрали некоторую часть саги, но кое-что — в стихотворном виде. Сперва она рассказывает о Сигурде Убийце Фавнира, Вёльсунгах и Нивлунгах, кузнеце Веленте и его брате Эгиле, о конунге Нидунге, хотя и имеются некоторые отличия в именах людей или событиях, это не удивительно при том, что так много сказывают тех саг, но всё же она восходит приблизительно от одной основы2. Эта сага составлена по рассказам немецких мужей, но кое-что — по песням, которые должны развлекать могущественных людей и были сочинены в древности сразу после событий, о которых рассказывается в этой саге, и даже если ты возьмёшь по одному человеку из каждого города по всему Саксланду, все будут рассказывать эту сагу одним образом, а причиной тому — их древние песни. Но их поэзия сложена, насколько мы можем уразуметь, стихотворными размерами, что есть в нашей речи. Ради стихотворного размера добавляются некоторые лишние слова, и больше всего говорится о тех, кого восхваляют; так и про кровопролитие говорят, что пал весь народ, когда погибли самые знаменитые мужи, которых прежде прославляли. Но ты должен понять, что наибольшее разорение происходит из-за гибели знатных людей и из-за того, что нет им равных, как говорит Халльфред3:

На севере все стали
пусты земли после смерти князя,
весь испортился мир после гибели
народоправителя, сына Трюггви.

Так, как он сказал, будто Северные Земли стали пусты, не случилось, хоть Олав и погиб, но для восхваления конунга он привёл, будто не осталось в Северных Землях такого человека, как Олав сын Трюггви. Так и во всех странах, где только проходит эта сага, становится известно о великих деяниях, которые совершили конунг Тидрек, его витязи и другие, которые жили в одно с ним время.

Сага составлена таким образом, что сперва называются вожди, которые правили странами, и по их имени был назван народ, которым они управляли, а затем и их родичи, и это сохраняется и по сей день. Эта сага была сложена в то время, когда скончался конунг Константин Великий, крестивший почти весь мир. А сразу после его кончины христианству был нанесён вред, и имелись всяческие ереси, так что в первой части этой саги не было никого, кто придерживался бы правильной веры, однако они верили в истинного бога, клялись его именем и всячески восхваляли. Много было других конунгов в то время, более великих, чем Тидрек, о котором всё же в основном сложена эта сага. Почти все говорят, что сперва после Ноева потопа люди были велики и сильны как великаны и жили много человеческих жизней. Но по прошествии времени некоторые люди стали малы и немощны, как ныне. И чем дальше проходило от Ноева потопа, тем они становились бессильнее, а на сто человек сделалось немного сильных людей, вдвое меньше было тех, кто унаследовал совершенство или доблесть своих родителей. Но хотя народ уменьшился, не убывает ни усердие, ни стремление добыть богатства и славы, и оттого происходили великие сражения, ибо часто случалось так, что у одного сильного человека были шлем и броня такие прочные, что у одного немощного человека не имелось силы, чтобы приподнять их от земли; также у него был острый и крепкий меч, который приходился впору его силе; часто он в одиночку убивал своим оружием сотню немощных людей, но даже если его меч не сёк оружие, с которым сталкивался, им всё же размахивали так мощно, что не могли выдержать тонкие кости или узкие мослы. Это не может показаться удивительным, даже если немощный человек не мог с малой силою разрубить кости сильного человека или оружие, которое он не сумел бы носить. Но когда жил конунг Тидрек и его витязи, много прошло с тех пор, как человечество ослабло, и в каждой стране было немного тех, кто сохранил силу. И потому, что немало сильных людей собралось в одном месте, и у каждого из них было лучшее оружие, что равно хорошо резало оружие словно плоть, то нельзя удивляться, что жалким оказывалось перед ними слабое войско ничтожных людей. Можно не сомневаться в том, что мечи древности секли даже железо, с такой великою силою ими махали, ибо до сих пор делаются мечи, которые не тупятся, даже если рубить им железо.

Но каждое сказание покажет, что не у всех людей одна природа. Про некоторых сказывается о великой мудрости, про некоторых — о силе, храбрости или какого-либо рода способности или удаче, настолько выдающихся, чтобы о них можно было вести рассказ. Другая особенность саги — то, что рассказывается о каких-нибудь странностях или о дивах или чудесах, ибо всяческое творится в мире. В одной стране кажется удивительным то, что в другой обычно. Так и глупому человеку кажется удивительным, когда рассказывают о том, чего он не слышал. Но тому человеку, который мудр и знает много явлений, не покажется удивительным то, о чём у него есть понимание, как это может случиться, но мало таких сведущих, которые верят только тому, что видят. Но некоторые люди так глупы, что хуже могут понять то, что только что видели или слышали, чем умные люди, хотя те лишь получили известие, но когда пройдёт некоторое время, глупый человек будет словно он ничего не видел и не слышал. А саги о знатных людях сейчас полезно знать потому, что они показывают людям мужественные поступки и храбрые свершения, а злые поступки связаны с ленью, и так различит хорошее от плохого каждый, кто захочет понять это правильно. Многие люди согласны с тем, чтобы один человек мог веселить их долгое время. Но большинство увеселительных забав сопряжены с трудностями, некоторые с большими тратами, а некоторые нельзя устроить кроме как с множеством людей. Некоторые игры — развлечение для нескольких человек и продолжаются короткое время. Некоторые игры смертельно опасны, но развлечение сагами или песнями не связано с тратами или опасностью. Один человек может развлекать многих, которые захотят слушать. Эта забава подходит также для мужей, если изволят; она равно годится для ночи и дня, когда светло или темно. Но глупо называть ложью то, чего он не видел и не слышал, хотя он не знает ничего более истинного на этот счёт. Зато разумно вместе с развлечением осознанно рассмотреть самому то, что он слышит, прежде чем отвергнуть или презреть. Но может быть так, что тот, кто слушает, не захочет слушать потому, что это не похоже на его поступки, если рассказывается о великих совершенствах или подвигах тех, о ком эта сага. Но обо всём, где эти люди превзошли в совершенстве других людей, есть рассказ, хотя тем, кто слушает, покажется, что говорится много, то все могут уразуметь, что нельзя так много говорить о том и другом, чтобы всемогущий бог не мог дать им всё это и вдвое больше другого, если бы он пожелал.


Примечания

1 Пуле — Апулия; Лунбард — Ломбардия (Лангобардия); Унгария — Венгрия; Руция — Русь; Данмёрк и Свитьод — Дания и Швеция; Валланд — Валланд (Valland) — «страна валов», валы (ср. др.-англ. «веалы») — обозначение кельтов и римлян (шире — романских народов), часто это название обозначает Францию.

2 Вероятно, имеются в виду песни о Сигурде и Гьюкунгах (Нивлунгах), а также «Песнь о Вёлунде», вошедшие в «Старшую Эдду».

3 Халльфред Трудный Скальд (ок. 965 — ок. 1007) — исландский скальд, герой одноимённой саги, согласно которой он был придворным скальдом сначала у ярла Хакона Могучего, потом у конунга Олава Трюггвасона и, наконец, у ярла Эйрика Хаконарсона.

© Тимофей Ермолаев, перевод с древнеисландского

Большое спасибо Александру Рогожину и Павлу Григорьеву за правки и замечания.

© Tim Stridmann