Прядь о Хауке Хаброке

Þáttr Hauks Hábrókar

В Швеции был Бьёрн с Кургана, когда конунг Харальд принял королевскую власть в Норвегии, затем конунгом в Швеции сорок зим или долее был Энунд. Тогда сын его Эйрик взял в жёны Ингигерд, дочь Харальда Прекрасноволосого. Свеи бранили1 её и отвезли на какой-то остров, Хальвдан же Чёрный, её брат, забрал её оттуда с собой, после чего долго было раздор между конунгом Харальдом и Эйриком, конунгом шведов.

Одним летом случилось так, что конунг Харальд позвал к себе своего самого доверенного человека по имени Хаук Хаброк2, и сказал: теперь, когда я освободился ото всех военных походов и немирья здесь, внутри страны, будем мы отныне жить в довольстве и забавах. И теперь хотим мы отправить вас этим летом в Восточные страны, чтобы приобрести мне какие-нибудь вещи, редкие и ценные для наших краёв.

Хаук просит конунга распоряжаться этим, как и всем остальным, и тогда позволил конунг людям, которых прежде держал при себе, поехать прочь от своего двора в разные земли.

Хаук отправляется в путь с одним кораблём и надёжными спутниками, и прибывает к осени на восток в Хольмгард3, где и остаётся на постой зимой. Приходит он туда, где располагается рынок. Там было много пришлого народа из множества стран. Явились туда и витязи конунга Эйрика из Уппсалы, Бьёрн Синий Бок и Сальгард Рубаха, они своевольничали и унижали всех людей вокруг.

Случилось однажды, что Хаук отправился в город со своим отрядом и захотел купить какую-нибудь драгоценную вещь своему господину, конунгу Харальду, и подошёл он туда, где сидел один человек из Гардов. Хаук увидел там дорогой плащ, что весь был расшит золотом, этот плащ Хаук купил, тогда же заплатил вперёд залог, и отправился оттуда за деньгами. А ранее в тот самый день Бьёрн приценивался к этому плащу для шведского конунга, и была назначена цена, и когда Хаук вышел наружу, туда является слуга Бьёрна и говорит торговцу, что не уйдёт, пока Бьёрн не получит плаща, но торговец отвечает, что одеяние уже выкуплено.

Вот идёт слуга прочь и рассказывает всё Бьёрну, а в это время приходит Хаук за плащом, расплачивается за него, забирает и выходит, и тут навстречу появляются Бьёрн и Сальгард, и спрашивают, почему он забирает плащ, когда они его купили. А Хаук сказал, что купил его он, и он же его и заберёт.

Бьёрн заявил, что конунг Эйрик имеет первенство во владении сокровищем, ибо он верховный конунг в Северных землях и это подобает ему.

Хаук отвечает: не привык конунг Харальд уступать шведскому конунгу.

Он отослал одного из слуг с плащом домой, и завязалась меж ними перебранка, и Сальгард сказал, что он хочет биться за то, кому владеть плащом, и за то, кто из их конунгов должен называться первым.

Хаук говорит, что они вполне могут биться за покупку плаща.

― Но не хочу я, ― говорит он, ― вверять честь своего конунга моему оружию.

Тогда подошёл к Хауку один человек, толстый и низенький; Хаук спросил его имя, а тот сказал, что его зовут Буи:

― И здесь один меч, который я хочу дать тебе, если ты задумал сразиться с этими Бьёрном и Сальгардом, и не огорчает он при ударе.

Хаук взял его, осмотрел, и сказал:

― Благодарю тебя, но я не приму его, ибо у меня хватает оружия, чтобы бить, если достанет духа и силы, но я буду звать тебя Буи Бьющий Меч.

Буи отвечает:

― Не отказался бы конунг Харальд, если бы я предложил меч ему, и отвергнуть его было ошибкой, и так тебе покажется ещё не раз.

Затем он повернулся и ушёл прочь.

Вот завязался меж ними бой, и вышло так, что у Хаука хорошо обстояло дело с друзьями, и он имел больше людей. Пали там несколько человек, и многие были ранены. Хаук одержал победу, но люди той земли встали между ними и разняли их.

Свеи были недовольны, и с тем и отправились домой. Стало про это известно в Норвегии, а так как всё дело излагал Сальгард, то конунг Харальд сильно разгневался.

Вот Хаук прибыл домой, и встретился с конунгом. Конунг Харальд был настроен весьма враждебно и спросил:

― Правда ли, Хаук, что ты вверил мою честь своему оружию?

― Не было такого, господин, ― говорит Хаук. Тут он рассказал как всё вышло. Это понравилось конунгу Харальду и он сказал:

― Должно быть, ты сильно встопорщил перья тогда, Хаук, словно настоящий ястреб-Хаброк4, раз победил бойцов конунга Эйрика.

― Правда это, ― говорит Хаук, ― но топорщились они ничуть не меньше в Англии, когда я сажал твоего сына Хакона на колени Адальстейну5, конунгу Англии.

Тут конунг улыбнулся. После этого Хаук был прозван Хаброком.

Люди говорили, что более дорогого плаща не попадало в Норвегию. Бьёрн и Сальгард встретились с конунгом Эйриком, и рассказали, как непочтительно поступил по отношению к нему Хаук, и что конунг Харальд считает себя ничуть не меньшим конунгом. Конунг Эйрик пришёл в дурное расположение духа, и так произошла у него размолвка с конунгом Харальдом.

2. Вигхард пришёл к конунгу Харальду и Хауку Хаброку.

Случилось одной зимой, что конунг Эйрик велел устроить пир на Йоль. Когда он сел на высокое сидение, а его дружина заняла свои места, люди, что стояли снаружи на страже, увидели человека на лыжах. Он быстро мчался, шагая на лыжах, и выглядел как высокий муж в плаще из волчьей шкуры. Его приняли как желанного гостя. Он снял плащ и остался в ярко-красной рубахе с короткими рукавами, на голове у него был шлем, на поясе меч, и оказался он всех мужей красивее. Был он высок и пригож, волосы имел красивые и длинные, и всех людей был крупнее и сильнее.

Он подошёл к конунгу и приветствовал его. Тот принял его радушно, увидел в нём достойного человека, и спросил его об имени, роде и происхождении. Тот назвался Вигхардом и рассказал, что род его из Халогаланда:

─ А дело моё таково, что если ты пожелаешь, возьми меня к себе таким же образом, как прежде Бьёрна и Сальгарда.

Конунг отвечает:

─ Видно, что ты достойный человек, но вряд ли я смогу, не испытав, оценить тебя так высоко, как тех, кто побывали при мне во многих опасностях, а они славные витязи.

Тогда сказал Вигхард:

─ Всего доброго, господин!

Затем вышел, взял своё снаряжение, и ушёл на лыжах.

Тем временем отправился конунг Харальд на Йольский пир-вейцлу на север в Долину Гудбранда, и на второй день было так, что люди конунга вышли во двор и затеяли игры, а конунг сидел поблизости и смотрел на развлечения, хутор же находился рядом с горой.

Тогда молвил конунг:

─ Что сейчас виднеется на горе, это ветер закрутил снежный вихрь или будто человек бежит на лыжах?

Но снег был лёгкий, и взлетал из-под него6, а ветер ни увеличивался, ни уменьшался, и потому увидели они, что это, должно быть, человек, хоть и было очень трудно человеку там спуститься.

Прошло немного времени, и появился он на играх, подошёл к конунгу Харальду и поприветствовал его. Конунг хорошо принял его слова и заметил, что он, должно быть, муж выдающийся.

Тот рассказывает о своём происхождении и предлагает конунгу свою службу, если тот примет его к своим витязям.

Конунг отвечает:

― Если соответствуют твои умения твоей внешности, будет у нас великий почёт тебе.

Конунг подзывает к себе Хаука и спрашивает, хочет ли тот взять этого человека к себе в сотоварищи. Хаук соглашается с волей конунга. Теперь он был принят в ряды витязей конунга.

3. Харальд отправляет Хаука и Вигхарда с поручением.

Однажды летом говорит конунг Харальд, что желает послать Хаука на север в Бьярмаланд7 привезти меха, и когда Вихард узнаёт об этом, то заявляет, что хочет поехать.

Конунг отвечает, что он не будет ему отказать в том, что ему подобает. Вот конунг велит подготовить по кораблю каждому, и, когда они готовы, обеспечивает их припасами и говорит, что отсылает нынче от себя тех людей, о которых думает, что это большая потеря, чем многие другие:

― Но кажется мне правдоподобным, что конунг Эйрик прослышит о вашей поездке и захочет теперь припомнить вам, как ты, Хаук, забрал плащ в Хольмгарде. Знаю я идолопоклонство конунга Эйрика, и что он сможет и далее пользоваться им себе в помощь, но я отправляю вас к моей воспитательнице, которую зовут Хейд и которая живёт на севере в Гандвике8. Получите у неё совет. Я посылаю ей золотое кольцо весом двенадцать эйриров9, и два куска мяса от взрослого дикого кабана, и два бочонка масла.

Вот отправились они прочь с хорошими спутниками и оружием. Конунг Эйрик видит их поездку и говорит Бьёрну и Сальгарду, что он хочет, чтобы они отправились на север в Суртсдалар10 и Бьярмаланд. Летом конунг Эйрик приказывает устроить пир-вейцлу в Уппсале. Затем велит конунг поехать двум повозкам к тому месту, где он жертвовал богу, что зовётся Лютир. Был такой обычай, что повозка должна была простоять ночь, и поутру бог приходил к ней. Но теперь Лютир не взошёл на свою повозку, и про то рассказали конунгу, что Лютир не расположен отправиться в путь. Повозка простояла так две ночи, но он не явился.

Тогда взялся конунг совершить ещё большее жертвоприношение, чем прежде, и вот на третье утро оказалось, когда пришли они на место, что Лютир явился. Но так потяжелела повозка, что треснула прежде, чем они прибыли с ним в королевские палаты. Затем повозку поставили на пол посреди палаты, и конунг подошёл с рогом, и поприветствовал Лютира как желанного гостя. Конунг говорит, что он хочет выпить здравицу в его честь и считает очень важным делом, чтобы он отправился в путешествие, и добавляет, что ему, как и прежде, будут даны великие дары.

Лютир отвечает и говорит, что неохотно проделает этот путь и рассказывает, что он уже приходил один раз на север:

― И встретил я там ранее такого великого тролля, какого не встречал прежде, а уже тогда был старым, и не пошёл бы я туда, если бы знал, что тот жив, и надежда моя в том, что нынче он может быть мёртв.

Конунг говорит, что, возможно, так и есть.

Лютир заявил, что конунг достоин хорошего от него, и сказал, что отправляется в путь.

Вот подготовлены были два судна Бьёрна и Сальгарда, и они выходят из Лёга11. Шёл там впереди драккар, и на нём были чёрные палатки, и ни один человек не видел, чтобы кто-то брался за корабельные канаты. Затем они плывут под парусом на север вдоль берега.

4. Битва Хаука с Бьёрном и Сальгардом.

Теперь нужно сказать о Хауке и Вигхарде, что они прибывают на север в Гандвик, и идут на хутор Хейд, воспитательницы конунга Харальда, шесть человека с каждого корабля. Она сидела у огня и сильно зевала12, была она в кожаной рубахе, рукава которой достигали локтя.

Хаук передал ей приветствие конунга Харальда. Она говорит:

―Хорошим кажется мне приветствие конунга Харальда, ― и добавляет, что хочет отправиться с ними на корабль. Она тогда просит каждого вернуться домой и говорит, что злой будет эта поездка.

Хаук доставал ей не более чем до руки, а был он мужем наикрупнейшим. Он передал ей сперва кольцо.

Тогда сказала она:

― Счастья конунгу Харальду! ― и натянула кольцо себе на руку.

― И вот два ломтя свинины, что он послал тебе.

― Неплохое это послание, ― заметила она. Когда же он передал масло, то она сказала:

― Не схож конунг Харальд с другими людьми, хороши эти сокровища, и не получала я подобных, и если я это ему не возмещу, тогда не будет ему возмещения вовсе.

Она взяла подмышку оба бочонка, а ломти свинины закинула себе за спину, и сказала, что видится ей этот дар большим, чем другие:

― И знал мой воспитанник, что мне покажется наилучшим. Теперь слушайте меня и ступайте со мной!

И так они и сделали. Вот она разводит огонь и садится по другую его сторону. Им показалось, что рот она скривила уродливо, ибо одной губой она снизу поддерживала грудинку, а вторая высоко задралась аж до носа. Она сняла с Хаука одежду, ощупала его, и сказала:

― Ты крепок и удачлив.

Она попросила его поцеловать себя, и так он и сделал.

Тогда предлагает она Вигхарду снять одежду, он промедлил, но Хаук просит его сделать это, и так и стало. Она сказала:

― Большой муж и хорошего обхождения, и на диво сильный.

Она просит его поцеловать себя. Он предлагает, чтоб её перецеловали все тролли. Она отвечает:

― Больше было бы тебе дано доброты, ― и говорит, что ему от того выйдет больше вреда, чем пользы.

Она даёт Хауку два камня:

― И если Бьёрн и Сальгард нападут на ваши корабли, то киньте их за борт.

Вот плывут они на север к Бьярмаланду, и однажды вечером видят, как от островов скользит корабль, и люди думают встретиться и расспросить о новостях. Тут Хаук узнаёт, что это Бьёрн и Сальгард. Мало было приветствий помимо того, что сводят они свои корабли вместе и начинают сражаться.

Вот видят они, что драккар встаёт у острова, и с него летят стрелы, и каждая нашла себе человека. Не приходит на ум Хауку вспомнить о камнях старухи.

Тут гибнут все люди у бортов по обеим сторонам кораблей. Теперь они оба, Хаук и Вигхард, переходят на другой корабль, ибо корабль Вигхарда был зачищен. Они с Хауком вступают тогда на нос и перескакивают на судно Бьёрна и Сальгарда, и встают перед мачтой. Туда подходят Бьёрн и с ним Сальгард, и выступают против них. И разражается там между ними битва, прекратившаяся не прежде, чем все они получают раны. Бьёрн спускается с возвышения на корме к Хауку. Вот начинают они четверо снова сражаться, и заканчивается тем, что Бьёрн погибает.

Вигхард атакует тогда Сальгарда, и, когда меньше всего ожидалось, с драккара прилетает стрела в грудь Вигхарду, и падает он мёртвым. Хауку приходят тогда на ум камни, и в гневе он швыряет их за борт, на драккаре снизу вспыхивает пламя и жадно поднимается вверх между носом и кормой.

Хаук убивает тогда Сальгарда, но он потерял свой глаз. Помочь его людям было уже невозможно. Относит он тогда на одну лодку свои оружие и одежду, и останавливается не раньше, чем приходит назад к старухе Хейд, и рассказывает ей новости. Она была рада, что он вернулся. Излечивает она его, и отправляются они в путь, и сопровождает она его туда, где были торговцы. Приходит он туда к кораблю вместе с людьми, что намеревались отправиться на юг вдоль берега. Оттуда Хейд вскоре возвращается обратно, а он не прерывает своё путешествие, пока не находит конунга Харальда и не рассказывает ему всю историю.

Конунг был рад, что он вернулся. А про Лютира говорят так, что он пришёл назад к конунгу Эйрику, и сказал ему, что никогда больше не сможет прийти после этого, из-за увечий, которые, как он заявил, получил от огромного тролля в Норвегии.

5. О внешности и росте конунга Харальда.

Эйрик был конунгом в Швеции сорок и семь зим.

Конунг Харальд был видом красивее и величественнее всех людей. Волосы у него были подобны шёлку или кованному золоту, и завивались большими прядями, и были так длинны, что он мог заткнуть их себе за пояс. Он был и всех людей сильнее и крупнее, так как ещё можно посмотреть на его рост в Хаугасунде13. Там, на запад от церкви лежит плита, что была над его могилой, и она длиной тринадцать с половиной стоп. Стоят там также на церковном кладбище два камня, один находился в головах, а другой в ногах могилы, между этими камнями лежала та плита над могилой конунга, когда курган был раскопан, и этот камень, верно, такой толстый, что доходил бы человеку до середины бедра.

И когда произошли столь великое событие, что конунга Харальда постигла смерть, то было ему восемьдесят зим и ещё три, он умер от болезни в Рогаланде и был похоронен в кургане в Хаугаре14 у Кармсунда15.

Все люди очень сожалели о конунге Харальде, и говорили все как один, что не было ему равных по разуму и духовному и физическому совершенству, милосердию и радушию, которые он проявлял к своим людям.

Разгадывал он и избегал всяческого колдовства и чародейства с тех пор как понял обман Сваси, дверга16, что как-то йольским вечером явился к нему и склонил его дух к одной финской женщине по имени Снефрид с такой жаркой любовью, что конунг пошёл получить её и любил её превыше всего, ибо показалась она ему из-за заклятия Сваси прекрасной.

Имел он от неё сыновей и, как рассказывается раньше, в конце того колдовства Снефрид умерла, и была укрыта широким покрывалом, подаренным Сваси, и столь великие заклятья были в нём сокрыты, что конунг Харальд, видя её облик, такой яркий и здоровый, не пожелал предавать её земле, и сам просидел над нею три зимы, и ни на что не обращал внимания из-за страсти к ней, мёртвой.

Произнёс тогда конунг Харальд по ней драпу, названную драпой Снефрид, и вот её начало17:

Боязно буйный вызвать
бойцов оробевших хохот:
я деву одревенелую
бужу ─ драуга искупаться.
Драпе из Двалина хватки
дал я влагой пролиться.
Мужам предложил питья Регина18
справного, с ладом скальдов.

Позже предложил один мудрый муж, что был с конунгом Харальдом и звался Эгиль Шерстяная Рубаха19, убрать с тела покрывало. Оказалось тогда тело гнилым и дурно пахло, и затем погребли его по древнему обычаю.

После этого конунг Харальд настолько разгневался на заклинания, чародейство и всякое колдовство, что не позволил никому из таких людей процветать в своём государстве, так что каждый был либо убит, либо бежал из страны. Позднее про это сказали:

Было это бегство не давним,
финна козни разбиты Харальдом.
Светлым солнцем дева увиделась,
оттого судят многих без милости.

Так здесь заканчивается рассказ о конунге Харальде.


О пряди и действующих в ней лицах

Данная прядь входит в «Большую сагу об Олаве Трюггвасоне» из «Книги Плоского острова» (Flateyjarbók) и датируется 1387–1394 годами. Первый перевод её был осуществлён Е. А. Гуревич, текст вошёл в состав сборника «Исландские пряди» в 2016 г. под названием «Прядь о Хауке Задаваке».

Конунг Бьёрн с Кургана (Björn at Haugi), с чьего имени начинается прядь, правил в середине IX в. вместе с братом Энундом. Последний, однако, был по какой-то причине изгнан из страны. В «Саге о Хервёр и Хейдреке» сказано: «Конунг Бьёрн основал город, который называется у Кургана; его прозвали Бьёрн с Кургана. С ним был скальд Браги20». Предположительно именно про этого конунга в «Житии св. Ансгария», 11 агиограф Римберт сообщает: «Итак, преодолев сначала длинный путь пешком, а затем на судах переплыв отделяющее Свеонию море, они с огромными трудностями прибыли наконец в портовый город тамошнего королевства под названием Бирка, где были радушно приняты королем свеонов Бьёрном (в оригинале ― Bern) и сообщили его посланным, ради чего явились. Узнав о цели их прихода и посоветовавшись об этом деле со своими верными, Бьёрн с общего согласия и одобрения разрешил Ансгарию и его спутникам остаться в Бирке проповедовать Евангелие, дабы все, кто хочет, могли свободно обратиться в христианство»21. Первое путешествие Ансгария в Швецию состоялось либо осенью 829, либо весной 830 г.

Согласно Адаму Бременскому конунг Анунд (Энунд) из Уппсалы сменил Бьёрна между 845 и 851 гг.: «В течение следующих семи лет епископа в Свеонии не было. В это время к власти там пришел Анунд, который преследовал христиан»22. Согласно «Саге о Харальде Прекрасноволосом», 3 сын Бьёрна, Эйрик, уже правил Швецией, когда Харальд ещё не начал объединять Норвегию:

«Тут Гюда обратилась к гонцам и просила передать Харальду конунгу, что она согласится стать его женой не раньше, чем он подчинит себе ради нее всю Норвегию и будет править ею так же единовластно, как Эйрик конунг — Шведской Державой или Горм конунг — Данией»23.

В той же саге, в главе 28, описана война между Эйриком и Харальдом, и указан год смерти Эйрика:

«Гутхорм герцог жил большей частью в Тунсберге и правил всем Виком, когда конунга не было поблизости. Он ведал и обороной края. Край был очень подвержен нападениям викингов, и немирье царило в Гаутланде, пока жил конунг Эйрик сын Эмунда. Он умер, когда конунг Харальд Прекрасноволосый был десять лет конунгом в Норвегии».

Конунг Харальд Прекрасноволосый (Harald hárfagra), сын Хальвдана Чёрного, правителя Вестфольда, ― первый конунг, объединивший большую часть земель Норвегии, умер он в 933 г. Есть разные датировки прихода Харальда к власти: пишут про 862 или 890 года, но наиболее часто называют 872 год. Соответственно, год смерти его соперника конунга Эйрика может быть определён и как 872, и как 900 год, но наиболее вероятен 882 год (и он же назван в примечаниях к «Саге о Харальде Прекрасноволосом»).

Упомянутый в тексте Хальвдан Чёрный (брат-близнец Хальвдана Белого) ― сын Харальда Прекрасноволосого и Асы, дочери ярла Хакона сына Грьотгарда, о нём сказано в «Саге о Харальде Прекрасноволосом», 17. Дочь Харальда Ингигерд можно отождествить с Ингигердой, дочерью Асхильд, что была дочерью Хринга из Хрингарики, сына Дага (см. «Сагу о Харальде», 21).

О боге Лютире (исл. Lytir) в исландских источниках упоминаний нет, однако в «Деяниях данов» I.6.7 Саксона Грамматика фигурирует воитель Лисер или, в латинском оригинале, Liserus, с которым «одноглазый старик» (т.е. Один) связывает клятвой побратимства героя Хадинга. Учитывая путанный евгемеризм Саксона (в том же эпизоде в качестве противника выступает Локер-Lokerus, названный правителем куретов, т.е., вероятно, куршей), можно предположить что «Прядь о Хауке» несёт в себе смутную и искажённую память про некий реальный культ, хотя, разумеется, такого свидетельства недостаточно для сколь-нибудь определённых выводов.

В переводе имена героев пряди приведены к нормализированному виду, хотя в разных рукописях имя Björn, например, может быть записано как Beörn или Biörn (при этом несколько вариантов записи может встречаться в одном тексте). Конунга Эйрика в других источниках именуют Эйреком, Энунда ― Аунундом и Анундом и т.д. Снефрид (Snæfríðr) в оригинале пряди названа везде Сньофрид (Snjófríðr), однако выбран вариант, совпадающий с «Сагой о Харальде Прекрасноволосом» из «Круга земного».

Переводчик «Пряди» особо благодарит за помощь Тимофея Ермолаева, без чьих советов работа не была бы закончена.


1 У Е.А. Гуревич используемый здесь глагол blóta переведён как «приносить жертву» (т.е. поклоняться Ингигерд, дочери конунга Харальда), однако кажется более уместным его второе и более позднее значение «проклинать». Даже будь Ингигерд очень уважаемой жрицей, жертвоприношение конкретно ей не имели бы аналогов в северном язычестве. С другой стороны, её брату-язычнику не было бы смысла увозить чтимую сестру.

2 Имя героя пряди Haukr означает «Ястреб», а прозвище hábrók, буквально переводящееся как «длинные штаны», является эпитетом ястреба, а так же поэтическим синонимом этого вида птиц, вероятно, из-за характерного для них оперения на ногах. Согласно словарю Зоега (A Concise Dictionary of Old Icelandic (1910, 551 pp), by Geir T. Zoëga) так может называться одна из разновидностей ястребов. Кроме того, можно вспомнить фразу из «Речей Гримнира», 44 о «лучшем ястребе Хаброке» (буквально Hábrók haukr — что совпадает с именем героя пряди). На этом строится игра слов в одном из эпизодов.

3 Хольмгард (Hólmgarð) ― название Новгорода в исландских сагах.

4 Имя героя Haukr означает, как уже сказано, «ястреб», употреблённый конунгом глагол hábrókast ― «встопорщиться, распушиваться, пыхтеть, кичиться» ― восходит к поэтическому наименованию ястреба hábrók (ср. русское «распетушиться»), которое в русских переводах «Речей Гримнира» передают как имя собственное.

5 Речь идёт о споре двух конунгов, Харальда и Адальстейна (Этельстана, 924-940 гг.) из-за старшинства. Конунг Англии через своего посланника вручил Харальду меч, пояснив потом, что это был дар вассалу. В ответ конунг Норвегии отправил людей, которые посадили его внебрачного сына на колени Адальстейна, заявив, что отец отдаёт его на воспитание. Взявший чужое дитя на воспитание тем самым признавал себя ниже по положению, что, разумеется, должно было оскорбить конунга Англии.

6 Примечание к первоисточнику: здесь в оригинале, вероятно, отсутствует frá («от») или fyrir («до, перед»).

7 Бьярмаланд (Bjarmaland) или Биармия ― область на севере России, как считается, включавшая побережье Северной Карелии, Кольский полуостров и бассейн Северной Двины.

8 Гандвик (Gandvík, Колдовской Залив) ― обозначение в сагах Северного Ледовитого океана, и, в частности, Белого моря. Вместе с именем Хейд, которое в сагах обычно принадлежит колдуньям, получаем картину некоего сверхъестественного края и его обитателей.

9 Эйрир (eyrir, мн.ч. aurar)― денежная или весовая единица, 26.79 грамм драгоценного металла.

10 Суртсдалар (Surtzdalar) ― как пишет Т. Джаксон, речь идёт о Суздальской земле, а упоминание её в саге по соседству с Бьярмаландом может быть вызвано заимствованием из «Саги о Хаконе Хаконарсоне», входящей в вместе с прядью в рукопись ― «Книгу с Плоского острова» (см. «Древняя Русь в свете зарубежных источников», т.V «Скандинавские источники», гл.VIII.3, примечание 13).

11 Лёг (Leginum или Lögrinn, Водное или Море)― местное название озера Меларен (Mälaren) в Швеции. Снорри в «Саге об Инглингах», V именно его описывает как след от борозды, проведённой богиней Гевьон, когда та отпахивала себе участок земли у конунга Гюльви.

12 Зевота считался приметой прихода фюльгий (духов-спутников) гостей.

13 Ср. описание погребения конунга в «Саге о Харальде Прекрасноволосом»: «В Хаугасунде стоит церковь, и у самого церковного двора, к северо-западу, расположен курган Харальда Прекрасноволосого. К западу от церкви лежит могильная плита Харальда конунга, которая лежала на его могиле в кургане. Эта плита тридцати с половиной стоп в длину и почти два локтя в ширину. Могила Харальда конунга была в середине кургана. Один камень был поставлен у него в головах, другой — в ногах, а сверху положена плита, и с обеих сторон снизу навалены камни. Камни, которые стояли раньше в кургане, стоят теперь на церковном дворе» (перевод М. И. Стеблин-Каменского).

14 Топоним Haugar переводится как «Курганы».

15 В пряди место погребения названо Karmsund. В «Саге о Харальде Прекрасноволосом» сказано, что он «погребён в Хаугаре у Кармтсунда(Karmtsund, речь идёт о Кармсунском проливе Норвегии)».

16 В «Саге о Харальде Прекрасноволосом» Сваси назван финном, при этом в оригинале глава 25 озаглавлена Frá Svasa jötni (Про ётуна Сваси).

17 Смысл оригинальной висы достаточно тёмен и передан приблизительно.

18 Регин и Двалин ― имена карликов-двергов, питьё дверга ― мёд поэзии, т.е. сам произносимый конунгом стих. Одновременно в строфе обыгрывается тот факт, что колдун Сваси назван в пряди двергом и тоже даёт конунгу волшебный напиток.

19 В «Саге о Харальде Прекрасноволосом», 25 мудрый советник назван Торлейвом Умным (Þorleif spaka), а не Эгилем Шерстяной Рубахой (Egill ullserkr).

20 Перевод Т. Ермолаева.

21 Перевод В.В. Рыбакова.

22 «Деяния архиепископов Гамбургской церкви», I, 23, перевод В.В. Рыбакова.

23 Перевод «Саги о Харальде Прекрасноволосом» принадлежит М. И. Стеблин-Каменскому.

Перевод с исландского Н. Топчий (Tradis)

под редакцией Т. Ермолаева.

© Tim Stridmann