Песнь о Нибелунгах

1 Гаген.

2 Речь идет о так называемом Bahrrecht (от слов Bahre — погребальные носилки и Recht — право), о котором любопытные сведения приведены Э. Мартином в статье: zu den Nibelungen [Zeitsch. f. deutsch. Alterth. 1888. Bd. 32 Heft. 3. pp. 380–384] и в статье Вильды об ордалиях в Энциклопедии Эрша и Грубера. Лахманн считал эти строфы (981–987 по A = 1040–46 по B) интерполяцией на том основании, что убийца оказывается не открытым даже в 9 песне (= XVII ав. стр. 1033) и высказывал предположение, что стр. 1045 находится под влиянием одного места в поэме Гартманна фон Ауэ (нач. XIII в.): «Ивэйн, рыцарь Льва». В немецких памятниках раньше Ивэйна об этом способе изобличения убийцы не говорится ни слова. Фома из Шампре́ в соч. Bonum universale de apibus приводит рассказ, гласящий, что в Германии в 1271 году одна старуха продала жидам девочку — сиротку 7 лет. Жиды выпустили у нее почти всю кровь, а ее труп бросили в реку. Когда маркграф баденский подошел к трупу, он увидел, что рука девочки обращена к нему как бы с мольбой. Тогда привели жидов, на которых сразу пало подозрение, и все раны тотчас открылись и «во свидетельство ужасного убийства пролили обильную кровь». О существовании этого Bahrrecht во Франции упоминания восходят к более ранней поре, к концу XII в. Но самым древним является упоминание о существовании этого обычая в Шотландии уже в 972 году. Роберт Питкайрн в соч. «Уголовные пытки в Шотландии с 1488 по 1624» (Pitcairn, Criminal trials in Scotland from A. D. 1488 to 1624, vol. III, Edinb. 1833. 4°) описывает и церемонию, какою сопровождался этот обряд в Шотландии. Труп убитого, покрытый чистым полотном, клали на носилки и ставили их перед алтарем. Вокруг размещались священники, певшие при этом молитвы. Заподозренного подводили к главному алтарю, где он произносил молитву. Затем, пред ним открывали лицо убитого, причем заподозренный должен был положить одну свою руку на смертельную рану убитого, а другую (не всегда, впрочем) на рот трупа и в таком виде призывать небо в свидетели своей невиновности. Если при этом изо рта, из носа или из раны начинала сочиться кровь, то это считалось доказательством виновности заподозренного в убийстве. В Германии при случае требовалось также класть руку на труп убитого. В позднейшем уголовном судопроизводстве к этой пытке прибегали не с целью увидеть чудо, а с целью заставить убийцу признаться под давлением нравственной муки, какую он испытывал, кладя руку на рану своей жертвы. Что касается чуда, то, по словам Фомы из Шампре́, оно совершалось нередко. Сличи Jwein, 1355, 1356. Обыкновенно чудо совершалось только, когда убитыми являлись святые или невинные, как видно из легенд. В данном случае видно желание автора поэмы подчеркнуть невинность Зигфрида, и очень возможно допустить, что автор находился под сильным влиянием духовенства, как это можно судить и по тем строфам, в которых описывается спасение капеллана из вод Дуная (стр. 1579 и слд. ав. XXV).