Лилия

Приписывалось монаху XIV в. Эйстейну Аусгримссону.

Перевод с древнеисландского Н. Л. Огуречниковой

Поэма долгое время приписывалась жившему в первом половине XIV в. августинскому монаху Эйстейну Асгримссону (Аусгримссону). Поэма якобы написана в результате раскаяния за совершённый Эйстейном грех злословия против епископа Гюрда. Предание утверждает, что поэт упрекнул епископа в нарушении тем обета целомудрия и даже высмеивал его в стихотворной форме. Об этом единожды упоминается в так называемых «Анналах Оддаверья» (компиляция второй половины XIV в.) в повествовании о событиях 1357 г. В более позднем и малодостоверном компилятивном сочинении, «Епископских анналах» Йоуна Эгильссона (начало XVII в.), рассказывается о ссоре между Эйстейном и Гюрдом, в пылу которой первый называет последнего «сыном кобылы» (fast Gyrður merarson), после чего они обмениваются следующими двустишиями. Гюрд говорит:

Gyrður kembir nú gula reik
með gylltum kambi.

Гюрд расчесывает теперь желтый пробор
золоченым гребнем.

Эйстейн подхватывает его рифму и продолжает:

Kominn ertu úr krókasteik
þinn kúlu-vambi.

Вышел ты от женщины,
толсто твоё пузо.

(Egilsson Jón. Biskupa-annalar Jóns Egilssonar með formála at hugagreinum og fylgiskjölum eptir Jón Sigurðsson. Kaupmannahöfn, 1856. Bls. 15–136 (Safn til sögu Íslands og íslenzkra bökmenta. I)).

Двустишие Эйстейна предполагает два варианта восприятия: прямой его смысл заключается в утверждении, что Гюрд, как и все, был рожден женщиной. Однако одновременно слова Эйстейна могут быть истолкованы как обвинение в нарушении целибата.

Сто вис (800 стихов) «Лилии», по-видимому, записаны монахом, в жилах которого текла кровь викингов. Вопрос об авторе текста остается предметом научных дебатов. В самой древней и самой полной из сохранившихся рукописей Holm perg fol Bergsbók (Bb), датируемой XIV–XV вв., информация об авторе отсутствует; писец, комментировавший рукопись, снабдил текст лишь следующей надписью, ничего, впрочем, не проясняющей: Dette Er Itt Merckeligt Rim, och kaldis denn Lilliæ («Этот стихотворный текст заслуживает внимания, он называется „Лилия“») [14; 8. С. 554]. Имя автора появляется на полях более поздней рукописи AM 622 4°, датируемой второй половиной XVI в.: Hier hefur Liliu brodur Eysteins «Здесь начинается „Лилия“ брата Эйcтейна». Имя автора отсутствует в двух важных изданиях «Лилии», в сборнике исландской поэзии Гвюдбранда Торлаукссона (Vísnabók. 1612), где текст под редакцией Арнгрима Йоунссона назван „Þad gamla Liliu Kuœd“ («Древняя песнь „Лилия“»); нет имени автора и в сборнике исландской поэзии Паутла Хатлссона 1656 г., где текст назван „Eet Gammelt Isslandske Rím“ («Древнеисландское стихотворение»). В рукописях XVII–XVIII вв. автор «Лилии» указан как Eysteinn (информация о надписях в рукописях приведена в соответствии с изданием). Мартин Чейз, рассматривая историю этого вопроса, приводит доводы в поддержку исследователей, указывающих на неправомерность подобной идентификации автора, среди них, в частности, Йоун Хельгасон, Якоб Бенедихтссон, Вьестейн Оулассон, Йоунас Кристияунсон и Гвюдбрандир Йоунссон. На данный момент текст считается анонимным; исследователи, упоминая автора текста, называют его «автором „Лилии“». Издания «Лилии», включая издание, подготовленное Мартином Чейзом в рамках проекта Scaldic Poetry, опираются на рукопись Bb, учитывая по мере надобности содержание более поздних списков. Текст датируется первой половиной XIV в. по следующим причинам: язык «Лилии» отражает изменения, завершившиеся к началу XIV в. [1. С. 228], кроме того, «Лилия» перекликается с «Драпой о (епископе) Гудмунде» (Guðmundardrápa), датировка которой не вызывает сомнений, драпа датируется 1345 г.

Ханс Шотман и Вестейн Оуласон утверждают, что оригинальным является текст «Лилии», заимствующим текстом является «Драпа о Гудмунде», и, вероятно, «Лилия» была записана до 1345 г. Учитывая данные языка, исследователи полагают, что запись «Лилии» приходится на первую половину XIV в. (период между 1300 г. и 1345 г.).

Вопрос об авторе текста является аспектом более общего вопроса о способе бытования этого текста, в частности, о возможности его трансформации при воспроизведении (включая письменные фиксации). Автор «Лилии» неизвестен, и нельзя исключить закономерность, стоящую за этим фактом. В случае если предположение о способе бытования «Лилии» верно, автор окончательного варианта, зафиксированного в рукописи Bb, мог не осознавать свое индивидуальное усилие как индивидуальное творчество. Ясно, что надпись Hier hefur Liliu brodur Eysteins «Здесь начинается «„Лилия“ брата Эйстейна» в рукописи AM 622 4°, датируемой второй половиной XVI в., ничего не говорит о том, кто стоит за окончательным текстом «Лилии», датируемым первой половиной XIV в. Между тем нельзя исключить того обстоятельства, что сидельцы средневековых исландских монастырей помнили тех, кто мог исполнить древнюю песнь „Þad gamla Liliu Kuœd“ и был достоин этого произведения. Возможно, здесь имеет место прикрепление имени к тексту, речь идет не столько об авторстве, сколько об авторитете. Чтимое имя прикрепляется к чтимому тексту как ритуальный знак его чтимости — процедура, которая понятным образом наиболее характерна для текстов более или менее сакральных или воспринимавшихся как таковые („Давидовы псалмы“, „Книга притчей Соломоновых“), но ими никогда не ограничивается. Исследователи скальдической поэзии обращают внимание на то, что человек, говоривший скальдическую вису или хвалебную песнь, мог быть принят за ее автора. Прикрепление имени к тексту имеет место в разных культурах, и эта практика представляется весьма вероятной в случае «Лилии».

Яркий, самобытный и очень красивый текст, написанный большим мастером слова, покорил красотой исландцев: «Öll skálld villdu Lilju kveðit hafa» («Все скальды хотели бы сказать „Лилию“»). Это изречение, процитированное в 1774 г. епископом Финнуром Йоунссоном, повторяет каждый, кто обращается к «Лилии». Фраза свидетельствует о бытовании текста в традиции в течение долгого времени.

Исландский фольклор хранит память о том, что «Лилия» понравилась исландцам, они навсегда запомнили текст и размер песни (Liljulag). В собрании Йоуна Ауртнасона есть один рассказ, записанный Паутлом Оулафссоном; судя по содержанию рассказа, в XIX в. знание «Лилии» было весьма желательным, и исландцы считали текст надежной защитой от злых духов.

(1) Ýms kvæði eru talin óbrigðul vörn gegn draugagangi og ásóknum illra anda og skal hér greina tvö dæmi til þess. Sagt er að Lilja hafi kraft til að stökkva óhreinum öndum burtu og er það til marks að gömul kerling var einhver tíma á bæ sem kunni Lilju og kvað hana í hverju rökkri. En fólkið gjörði gabb að þessu og lærði ekkert af kvæðinu. Þegar kerling var d áin gj örðist mjög reimt á bænum; var þá stundum sagt me ð dimmum róm: „ kveðið þið nú Lilju“. En það gat enginn og lagðist bærinn svo í eyði [16. I. С. 307].

«Разные песнопения считаются надежной защитой от привидений и злых духов, и здесь нужно рассказать две истории, которые служат тому подтверждением. Рассказывают, что „Лилия“ способна была прогонять злых духов, и об этом есть вот какая история. Однажды жила-была старуха, которая знала „Лилию“ и всегда читала ее, когда спускались сумерки. Как только старуха умерла, дом наполнился привидениями, и тогда прозвучали такие слова, сказанные низким голосом: „Скажите Лилию!“. Этого никто не смог сделать, и привидения разорили дом».

Рассказ был впервые записан Скули Гисласоном (1771–1839), священником, жившим в селении Брейдабоульсстадир (Breiðabólsstaðir), на юго-западе Исландии, к юго-востоку от Рейкьявика, неподалеку от бухты Эльфюс. Скули записал рассказ со слов Паутла Оулафссона (1825–1888), человека из селения Брусастадир (Brúsastaðir), что неподалеку от Полей Тинга (Þingvellir) [17. I. С. 274; 18. С. 85], и рукопись Скули Гисласона попала в собрание Йоуна Ауртнасона [17. I. С. 679]. Черт, как будто бы, тоже знал «Лилию», и размер песни его беспокоил, подталкивая к творчеству. Вот как об этом сказано у Йоуна Ауртнасона:

(2) Sagt er að kölski hafði fyrst upp fundið Liljulag og sé þessi vísa fyrst undir því orkt af honum:

«Vinduteininn fyrðar fundu
fór þú grein af vinduteini;
vinduteinn lét aldrei undan,
einatt hvein í vinduteini».

«Рассказывают, что как только черт узнал о размере „Лилии“, он сказал такую вису:

„Люди измыслили
мотовило:
Песнь пропеваю
про мотовило,
мотовило
мотается вечно,
шибко шумит,
крутясь, мотовило“».

Виса черта бестолкова и неказиста; примечательно, тем не менее, что в этой висе соблюдены все формальные признаки хрюнхента (hrynjandi háttr „льющийся размер“» [6. С. 27]), запомнившегося исландскому народу как Liljulag, размер «Лилии». Любопытно, что хрюнхентом выполнен рассказ о мотовиле (палке, на которую наматывается нить, собираясь в клубок), олицетворяющем неуемную энергию вращения, с которой невозможно совладать.

В исландском фольклоре история с чертом и его висой в хрюнхенте принимает разные формы и обрастает разными подробностями, включая попытку ответить на вопрос о том, зачем бы «Лилия» могла понадобиться черту.


1.
Всемогущий Бог
Всех иерархий,
Верховный правитель
Ангелов и народов,
Нужды не имеющий
В месте и времени,
Удерживающий земли
Во власти покоя,
Всё пронизано тобою
Внутри и снаружи,
Сверху и снизу,
И в самом центре.
Вечная слава
Во веки веков
Тебе, воистину сущему
В 3-х ипостасях!

2.
Желаю великой
Милости Твоей,
И дадена будет,
Елико прошу, смиренный
Духом, да не глаголю
О добре другом,
Как только от Тебя,
Господь, исходящем.
Очисть душу мою
И слова животворные
Умело направь,
Укрепив созвучиями,
Укрась повторами
Речь мою, чтобы с уст моих
Стихи сходили
При всяческом к Тебе обращении.

3.
Молю тебя,
Дева и матерь,
Призри на меня,
Пусть под приглядом твоим
Уста изрекут
Речи праведные,
И соберутся они
В висы внятные,
Висы складные,
И с губ моих
Слова сойдут
Сладостно елейные,
Пусть слово всякое
В золоте искупается.
Со словами этими
К Богу бы я обратился.

4.
Люди прошлого
Знанием жили
Древним, коварным
Из старых сказаний
Исходящим, и конунгам
Словами льстивыми
Пели хвалу они
На языке датском.
На языке том,
Родном для меня,
Я обязан более тех,
Кто был прежде,
Песнь свою
Со словами любви
В дар принести
Всемогущему Управителю.

5.
Творение, рождение,
Крещение и слава,
Разум вселенский,
Что золота краше,
Кровь Христова
Из раны в боку,
Прощение грехов
И вечное счастье,
Взоры с надеждой
На рай в Небесах
И в нижнем мире
Страданья людские
Меня побуждают
Слово сказать
О чуде великом
Деяний Господних.

6.
Превыше всего он —
Господь и Властитель.
Он небо и землю
Сперва сотворил,
Их трижды украсил —
В то верую свято —
Иерархией тройственной
Ангелов Божьих.
В начале времён
И после творения
Был самодостаточен
И не изменялся,
И властью своею
Он мир сотворил
И вытянул время
На два равных срока.

7.
Ангел всесильный,
Всех превзошедший
Своим естественным
Светом и блеском,
Создан был добрым,
Во славе сиял,
С Создателем сидя
В чести великой.
Ангел, однако
Не был доволен
Силой и властью,
Данными Богом,
Неистовый нрав
Требовал большего,
К господству стремилась
Властная сущность.

8.
Исполнен ревности,
Страстно стремился он
Быть всемогущим
И тем уподобиться
Единородному
Божьему Сыну.
Мощью довольный,
Не уступил был он.
Пагуба гордости
Есть в человеках,
То подтверждает
Святое Писание,
Весьма опрометчиво
С Господом милым
Гордец намерен
Меряться силой.

9.
Надо сказать,
Что в тот самый миг,
Когда гордый ангел
Порче подвергся,
Он погрузился
С собратьями вместе,
Словно свинец,
В глубины земли.
Там он ослеп,
Как другой схожий дьявол.
Неистовства в муке
Гибнут в огне;
Тот недальновиден,
Кто примет в объятья
Родичей этих,
Закон попирая.

10.
Дни прирастали,
И вшестером
Пояс морской
Они огибали.
Время пришло,
Когда пышным нарядом
Землю и небо
Украсил Господь:
Вдовой, сгустившейся
В ветреном небе,
Огнём и снегом,
И светом планет,
Дождём и градом,
И зверем, и птицей,
Вспаханным полем
И садом плодовым.

11.
Быстрым движением
Бог превратил
В плоть и кровь
Воду и твердь,
Воздух Он сделал
Лёгким дыханием,
Солнечный свет
Стал жизни теплом.
Он душу туда
Следом послал,
Душе был понятен
Божественный разум,
Известны узоры
Все вен на теле;
Так жизнь осветилась
Дыханьем святым.

12.
И вот человек
Выходит из лона
Земли и матери
С чистою плотью,
Адамом он назван,
И получил он
Покой и свободу,
И власть над всем миром.
И вдруг задремал
Адам безмятежно,
И дар духовный
Во сне получил.
Правящий миром
Тот дар раскрылся
В пророческом слове,
Что сделалось былью.

13.
Бог Еву вывел
Из бока Адама
(То Моисей
Удостоверил),
Дом и почтение,
Власть и любовь,
И жизнь безмятежную
Дал им в раю
В ту чудную пору,
Когда их потомки
С племенем ангелов
Были бы вместе,
Жили бы вечно
И Господа Бога
Благодарили —
То высшая радость.

14.
И чтобы достойная
Жизнь на земле
Была основанием
Славы небесной,
Господь милосердный
Им предписал
Ему подчиниться
С сознанием долга:
«Я яблоко вам
Запрещаю кусать,
Но право решать
Оставляю обоим,
Прошу вас исполнить
Просьбу простую
С доверием полным,
Иначе умрёте».

15.
Исполнился злобы,
Пыхтит от волнения
Ангел, узнав
Предписание Бога,
Лишён он жилища,
Которое, верно,
Люди получат,
Потомки земли.
Он варит напиток
С закваскою смерти,
Скрывая себя
От взора людей,
Он, сведущий в магии,
В змея пробрался,
Устами змеиными
Заговорил

16.
И сея сомнения,
Еву спросил:
«Ева, ответь,
Почему вам Господь
Сладчайший плод
Не позволил отведать,
Но разрешил вам
Всё прочее делать»?
Ответила Ева:
«Нам нужен запрет, —
Предполагал это
Опытный изверг, —
Дабы не сбиться
С дороги жизни
И не спускаться
По смертным ступеням».

17.
Беспечным был,
По слову светлейших,
И легкомысленным
Евы ответ.
Отважился изверг,
Живущий во лжи,
Её искушать,
Говоря вероломно:
«Светлы ваши лица,
Поверь мне, о Ева!
Плода отведав,
Вы не умрёте,
Мудры и могучи,
Как божества,
Получите вы
Славу и власть».

18.
Врагу поддалась
И обманута Ева,
И чести лишилась,
Плода отведав,
Она увлекла
За собою Адама,
Он плода вкусил,
Помня запрет.
Адам заподозрил,
Что Еву обидит
Отказом исполнить
Просьбу простую.
Так враг ослепил
В начале времён
Родителей наших
Коварным обманом.

19.
Их наказал
Судом справедливым
Господь всемогущий
За вероломство,
Выдворил вон
С почётного места
Нагих и нищих
В смертную тьму.
Нет им пристанища
В мире лишений,
Несчастные бродят
По бедной земле
В том месте, куда
Всех потомков Адама
Отправил Господь
Из-за тяжких грехов.

20.
Горечь пошла
От корня к ветвям,
И преступления
Преумножались,
Так мир существует
Долгое время,
Жизни лишённый,
Он боли исполнен,
Не утихают в нём
Страх и боязнь,
Но наихудшее
Будет в конце:
Адова пропасть
И злоключения
На смертном одре
Ждут каждого мужа.

21.
Утрачена жизнь,
Но что предпринять,
Где муж, который
Смог бы спастись?
Нет таковых,
Если каждый тянет
Собрата невинного
В скверну греха.
Один только выход —
И, горько рыдая,
Я подтверждаю:
Таков приговор —
Ты вынужден Сам,
Господь милосердный,
Исправить людей,
Дабы их воскресить.

22.
Жизнь стала возможна
В нужное время,
Адам же отверг
Даденный дар,
В заданный срок
Прощение было
Послано свыше
Божьей рукой.
Свет животворный
Мир озарил,
Чтобы помочь
Измученным душам,
И дьявольский ров
Он осветил,
Славою ангелов
Это исправлено.

23.
Воспламенись, язык,
И о Господе
Песнь искусную
Сложи и ликуй,
Пристало тебе
Воспеть чудеса
Того, кто три мира
Держит в объятьях.
Ты будешь согбенным,
Больным, крючковатым,
Окованным узами злого врага,
И только милость
Бога благого,
На землю спустившись,
Спасла бы тебя.

24.
Вблизи и вдали
Всё отчётливо видя
И всё созидая
С сыном и духом,
Отец обратился
К ангелу лично
С просьбой своей,
И тот подчинился.
«К деве Марии,
Достойной похвал,
Лети и скажи,
Что от бед сберегу,
Возлюбленный сын мой
Жаждет одеться
В чистейшую плоть
Девы послушной».

25.
Дева Мария,
Ты великолепна,
Пресветлая матерь,
Как алая роза,
Могущества цвет,
Исполненный чести,
Который стал
Источником жизни,
Благоухающий
Корень смирения,
Охваченный пламенем
Чистого духа.
Она возлюбила
Людей добронравных,
Своей неподкупностью
Богу подобная.

26.
Господь, я не знаю
Земных языков,
Высший властитель
Звёздных путей,
Таких, на которых
Я смог бы искусно
Стев сложить,
Достойный Тебя.
Тебе учестим
В красу и в славу!
Пусть все языки
Воспоют благодать,
Блаженство и счастье,
Победу над страстью,
В веках не иссякнут
Сила и Власть!

27.
Летел Гавриил,
Как солнечный луч,
Красивее, ярче
Птицы павлина,
Прошёл сквозь небесный
Украшенный свод,
Проник в атмосферу
Нижнего неба.
Прибыл посланец
Духа святого
К дому простому —
Так говорится —
Сама непорочность
Сидела внутри,
Само целомудрие,
Жён украшение.

28.
И так обратился он
К деве смиренной:
«Мария, внемли же
Речи моей,
Принёс я тебе
Приветствия слово,
Благостный, сладкий
Поток милосердия.
Тот, Кто в руках Своих
Держит творение,
Ангелов вождь
И хёвдинг мужей,
Дом обретёт
В груди твоей чистой.
Ты, дева благая,
Выше всех жён».

29.
Внимала и верила
Юная дева,
И кроткой была,
Словам удивляясь,
Знала она,
Что никто на земле
Не слышал такого
Приветствия прежде.
И запрещая ей
Слов убояться,
Ангел верховный
Речь продолжал:
«Царь Небесный
Будет рождён,
Пресветлая дева,
От плоти твоей».

30.
Теперь вопрошает
Дева о том,
Как испытает
Радость такую
И как не подвергнется
Порче защита
Её целомудрия
И чистоты.
Ангел глаголил,
Что не согрешит
Пресветлая дева,
Из тела пречистого
Будут младенца
Кости и плоть
Содеяны действием
Духа святого.

31.
Все небеса
Наполнились светом,
Восстав над землёй,
Воды дивились,
Сама природа
Смиренною стала
И не могла
Себя защитить.
Соединилась
С Божественной силой
Душа и окуталась
Плотью Марии,
Одна персона
Ветви тройной
Пребудет в утробе
Девы блаженной.

32.
Сердца согласились,
Из глаз человеков
Радости слёзы
Текли и струились,
Господа славили,
Благодарили
За воплощение,
Великую милость.
Тебе участим
В красу и в славу!
Пусть все языки
Воспоют благодать,
Блаженство и счастье,
Победу над страстью,
В веках не иссякнут
Сила и Власть!

33.
Был месяцам счёт:
Пять и четыре,
И плод бесценный
Девы пречистой,
Как будто всевидящий
Солнечный луч
На наших глазах
Прошёл сквозь стекло.
Младенец, как свет,
Вышел из лона,
Так солнце проходит
Стеклянную твердь,
Печать не испорчена
Плоти пречистой,
И плоть ликует,
Радуясь девству.

34.
Неслыханный случай:
Ни прежде, ни впредь
Событьям подобным
Не было места,
Но веровать в истину
Вера звала
В деву и мать,
В человека и Бога.
Пришедшему конунгу
Пели хвалу
Все небеса
Над местом пастушьим,
Слава небес
На землю спустилась,
Где люди и ангелы
Соединились.

35.
Великим богатством
Мать обладала,
Но не смогла бы
Иисуса облечь
В роскошный свивальник,
И сеном жёстким
Конунг укрыт был,
От холода спрятан.
День 8-ой
После рождения
Свидетелем славы
Обрезания стал,
Струилась кровь
По светлому телу,
Текли по щекам
Незабвенные слёзы.

36.
В тринадцатый день
К господу прибыли
Царств восточных
Правители славные,
Дары принесли
Посланцы Востока,
Они поклониться
Хотели младенцу.
Время прошло
6 раз по 6 дней,
Четыре ещё
Сочетаны с ними,
И сам Иисус
Принял решение
Явиться нам
Под сводом церковным.

37.
Небес управитель
Тридцатилетний
Себя посвятил нам,
Водой окропившись
В реке Иордане,
Источнике чистом.
Йоун Креститель
Иисусу служил.
Друг дорогой
Свидетелем стал
Крещения Иисуса,
В тот день он увидел,
Как солнце светило,
И троица божья
Людям явилась,
Сияя над твердью.

38.
Я признаю,
Что ум человеков
Изнемогает,
Когда говорят им
О силе Твоей,
Господь всемогущий,
Всё сущее в мире
Она превосходит.
Тебе учестим
В красу и во славу!
Пусть все языки
Воспоют благодать,
Блаженство и счастье,
Победу над страстью,
В веках не иссякнут
Сила и власть!

39.
Враг стародавний
Был изумлён
Мужём рождённым,
Которого он
Понять был не в силах,
И, словно сам дух,
Издревле глаголя
Заговорил:
«Я вижу, как некая
Новая сущность
Близится к миру,
К потомкам людей,
Это, должно быть,
Премудрость Господня,
Понять не могу
Сокровенную тайну»!

40.
Кружат вокруг
Третьего неба
Ангелов сонмы
И славят Иисуса —
Свет от звезды
И дары дорогие,
Мир воцарившийся
В каждой земле.
«Свидетельства истины,
Данные людям,
Мне предрекают
Большое злосчастье,
Мудрость его
Дух укрепляет,
Это тревожит
И душит меня».

41.
«Отца его род
Вряд ли кто встретит,
А линия матери
Здесь, на земле,
Рождение Иисуса
Уму не подвластно,
Я этот способ
Не в силах познать.
И я уязвлён
Событием этим,
Ведь в пользу юнца
Подобный исход,
Доселе не ведал я
Сильного страха
Пред мужем, рождённым
Здесь, на земле».

42.
«Был новорождённый
Сеном обёрнут
И матерью вскормлен,
И держит он пост,
Постами он бледен
И жаждой томим,
От смеха бежит он,
Но в горе горюет.
Я нахожу,
Что Природа сама
Его подтверждает
Происхождение,
Страстно желаю
Стрелою безверия
Его обезвредить,
Вред учинив».

43.
«Намного выше,
Помнится мне,
Богом любимый
Адам восседал,
Когда их с Евой,
Чести лишённых,
Увлёк я обманом
Во мрак и погибель.
Люди не помнят
О зле и коварстве,
Иисус — человек
И, верно, наивен,
Наглым обманом,
Лукавым коварством
Я попытаюсь
Его искусить».

44.
Отпрыск бесценный
Марии и Бога,
Их доблестный сын!
Меня научи
Врага избегать,
Искусного в магии,
Дай мне, Иисус мой,
Тебя возлюбить!
Тебе участим
В красу и во славу!
Пусть все языки
Воспоют благодать,
Блаженство и счастье,
Победу над страстью,
В веках не иссякнут
Сила и власть!

45.
Мне рассказали,
Что Диавол хотел бы
Иисуса вовлечь,
Постом изнурённого
Во искушение,
Привычный к обману,
Он каждого мужа
Вводит во грех.
Коварные стрелы
Врага вероломного,
В обмане искусного,
Вертятся в воздухе,
Часто летят
Из витой тетивы
Дроты Диавола,
В сердце нацелившись.

46.
Вот весть о Христе
Милом и добром
Летим по селениям,
Ищет себе он
Учеников, которые с ним
Пребудут по жизни,
Ученьем своим
Он дарит людям:
Слепым, прокажённым,
Немым и глухим,
Почившим, безумным,
Хромым, зачумлённым
Глаза, исцеление,
Слово и слух,
Дыханье и мудрость,
Здоровье и силу.1

47.
Недруг узрел,
Что преуменьшается
Войско его,
И мнится ему,
Что добро преумножилось
И разрослось,
А зло и бесчестия
На убыль идут.
Измучен чёрт,
И противен ему
Замысел этот,
Мысли сковавший.
Он силы собрал
И войску велит
Разрушителя зла
Убить побыстрее.

48.
К деянию подлому
Он подстрекает
Мерзкого мужа,
Убийцу злосчастного
Воинов Христовых, —
Предатель Иуда
Был с ними вместе,
Но сбился с пути.
Милого бога
Он продал за гроши
Толпе иудеев, —
Так звали людей,
Исполненных желчи
И злобы жестокой,
От них исходило
Рычание гнева.

49.
Бежали, взбешённые,
За Иисусом,
Догнав, оскорбили,
Избили, связали,
Связав, повели
И били, бесчестя.
Его иудеи
В одежды одели,
Смеялись они
И терновым венцом
Лоб обвили
Благословенный,
Гвоздями Христа
К кресту прибили,
Пронзили железом,
И кровь пролилась.

50.
Нам надлежит
Без тени сомнения
Вместе воззвать
К владыке Иисусу
С полным доверием,
С плачем сердечным,
Из глубины души
Исходящим.
Тебе участим
В красу и во славу!
Пусть все языки
Воспоют благодать,
Блаженство и счастье,
Победу над страстью,
В веках не иссякнут
Сила и власть!

51.
Мастер великий,
Властитель искусств,
Иисус всеблагой,
Воскреситель народов!
Слово мне дай,
Достойное стева,
И славу тебе
Язык воспоёт.
И ныне, и присно
Руки вздымая
И славословя,
На оба колена
Всей твари пристало
Припасть в умилении,
Создатель мой,
Пред ликом Твоим.

52.
Пример Твой пребудет
В памяти вечно,
Правитель верховный
Небес и земель,
Шея согнулась,
И ты преклонился
Пред каждым рабом,
Удар наносящим.
Он был молчалив,
И беспристрастен
Был лик его,
Смиреньем отмечен.
Смертью своею
Он душу свою
В жертву принёс
Мне во спасение.

53.
Плевали в него,
Кивая главами,
Язычники мерзкие
И иудеи,
Христовы приверженцы
Все убоялись
Ярости страшной
И разбежались.
Обязан я помнить
(Постыдно иное)
Мать Иисуса
С потоками слёз,
Быть может, она
Когда-то однажды
Печали и горести
Вспомнит мои.

54.
Дрожала от горя
Царица небес,
Склонившись, она
Вперёд подалась
К любимому сыну:
Из раны текла
Крови река,
Крест орошая.
Плоть слабовольна:
Вздымается грудь,
И сердце дрожит,
И рыдает душа,
Потоки слёз
Из глаз потекли,
Из грустных, печальных
Очей измождённых.

55.
Ангела голос
К деве воззвал,
Так радость послал ей
Небесный Отец,
Он воплотился,
И дева ликует,
Сеном укутав
Рождённого сына.
В свивальниках долго
Сына носила,
К кресту подошёл он,
Объятья раскрыв
Распятьем своим,
Он мужей вразумил
И в муках агонии
Нас исцелил.

56.
Она рыдали,
А грудь и плечи
Были мечом
Печали пробиты,
Сына увидела
Единоутробного,
Висел он безвольно,
Гвоздями пронзённый.
Руки горели
От острых гвоздей,
А грудь Марии
Мукой томилась,
Мать и сын
Воистину святы,
Страдали от боли
Нам во спасенье.

57.
Во имя тёплых
Объятий Марии,
Во имя горьких
Рыданий Марии
Дай мне познать
Спасенье Твоё
С Отцом и духом,
Сущий Господь!
И ныне, и присно
Руки вздымая
И славословя,
На оба колена
Народам пристало
Припасть, преклонившись,
Господь милосердный,
Пред ликом Твоим.

58.
Чёрные люди
Сыну Марии
Напиток подносят
С жёлчным осадком,
От мук и страданий,
Позора и зла,
Ему причинённого,
Мир содрогнулся.
Морщины на лбу,
И влага струится,
Слов не слыхать,
Силы не стало,
Душа отошла
От усталого тела
Иисуса, царя
Земли и небес.

59.
Мой милый Иисус!
Никто не в силах
Без слёз рассказать
О муках твоих,
Если ему,
Чуткому сердцем,
Прочесть довелось
Свидетельства все.
Природа кричала,
Стонала от страха,
Свет вдруг померк
В открывшемся небе,
Когда обнажённого
Перевязали.
Земля содрогнулась
От смерти твоей.

60.
Дух испустил
Сладчайший Иисус,
А враг стремился,
Глазея на крест,
Узнать о грехах,
Как стало известно,
В надежде он ждал
Возможности этой.
Тешит меня,
Что его любопытство
Позором тогда
Ему обернулось,
Не сможет теперь
Змий извиваться,
Он на крючке
И наживку глотает.

61.
Дрожит железо —
Ворота ада,
И тьме невдомёк,
Что ярче стал свет,
Прыгают бесы
И рвутся наружу,
Они кричат,
Что немыслимо это.
Адова пропасть
Охвачена страхом.
Власть повелела,
И вынужден враг,
Калека хромой,
Освободить
Святых мужей,
Скованных узами.

62.
Какие известия?
Враг побеждён.
Чья это победа?
Творца человеков.
Какие известия?
Идут святые.
Куда же идут?
На почётное место.
Какие известия:
Люди спаслись.
Почему же сейчас?
Это время страданий.
Какие известия?
Небо открылось.
Кому же открылось?
Всем, славящим крест.

63.
Свет Всеблагой!
Иисус сладчайший!
Мужам почившим
Жизни податель!
Меня уведи
Из логова дьявола,
Спаси меня,
Господь Милосердный!
И ныне, и присно
Руки вздымая
И славословя,
На оба колена
Народам пристало
Припасть, преклонившись,
Господь милосердный,
Пред ликом Твоим.

64.
Не слышу того,
Кто смог бы красивое
Слово сказать,
Хотя и желал бы,
О радости той,
Которой исполнился
Старый Адам
С приходом Иисуса.
Он единолично
Проступком принудил
Детей своих всех
К мучениям смертным,
Но отпрыск его,
Один из всех них,
Нас спас от проклятия,
Милость даруя.

65.
Почто захотел ты,
Враг стародавний,
Чести лишённый,
Смерти Иисуса?
Или ты думал,
Что превосходишь
Силой своею
Могущество Бога?
Или поверил ты
Лживому телу?
У Господа тело
От девы великой…
Иисуса безвинного
И непорочного
Мужи хлестали
Не по заслугам.

66.
Обрёк ты на смерть
Несчастную Еву,
Муж Евы вкусил
Запретного плода,
И проклят он был
В поколеньях потомков,
Тех, что стрелою
Пронзили Христа.
Иисус же обрёк
На смерть того,
Кто первым задумал
Обман и убийство,
Кривой и порочный
Предательства меч
В пасти твоей,
Наконец, оказался.

67.
И вот восстала
Сама добродетель
С победой из смерти,
И многим мужам
В день воскресный
Она возвестила
Бессмертье своё,
Смерть испытав.
Дней вереницы
По 10 дней в каждой
Спокойно прошли
Двойной чередою,
Прежде чем кровь
Матери милой
Ввысь вознеслась
За высоты небес.

68.
Время прошло
7 раз по седьмице,
Ещё один день
Пробежал, и тогда
Он духа святого
Пречистого, строгого,
Направил сюда,
К ученикам.
В великолепии
Он пребывает,
В почтении, от Бога
По правую руку,
Открыв красоту
Объятий своих,
Мужей он ведёт
К славе небесной.

69.
Сын Марии!
Милости ради
Признай свою
Природу земную
И подлинность тела.
В царстве своём
Помни меня,
Мой повелитель!
И ныне, и присно
Руки вздымая
И славословя,
На оба колена
Народам пристало
Припасть, преклонившись,
Господь милосердный,
Пред ликом Твоим.

70.
Быть может, сюда
Ещё раз придёт,
Чести исполненный
Царь всемогущий,
Толпам мужей
Воздаст за деяния,
Заплатит за всё
На высшем суде.
И ярость затопит
Землю и горы,
Огнём запылает
Всё во Вселенной,
И не найдётся
Место живого
Ни над облаками,
Ни здесь, на земле.

71.
В разных землях
Все живущие,
В день суда
Все восстающие
Видят вочию
Муки Иисусовы,
Тяжкие раны,
Орудия пыток.
Слова и помыслы,
И все деяния
Мужа каждого
Здесь проверяются,
Жертвы и клятвы
Здесь не приносят,
Дары неуместны
И подношения.

72.
Места не будет
В собрании том
Спору словесному,
Умной защите,
Вздорному крику,
Когда Божий суд
На разные сонмы
Разделит людей.
И лишь одно
Племя с почётом
Поднимет он ввысь
За пределы высот,
Тогда же низвернется
С воем и воплями
Племя другое
В утробу врага.

73.
Убитые люди,
Те, что сгорят,
Изгнаны прочь
И в смерть погрузились,
Зубами скрипят
Они на морозе,
Черти в грязи
Вокруг них стоят.
Насмешки, глумление
Над преступлениями,
Горе великое
В страхе и тьме,
Надежда ушла,
Остались лишь муки,
Нужда бесконечна,
И смерть оживилась.

74.
Радость, напротив,
Все обретут,
Кого Господь
К себе пригласил,
Они увидят
Величие и славу
И великолепие Его,
Здесь каждый станет
Юным, счастливым,
Свободным, красивым,
Здоровым, сильным,
Мудрым и светлым.
В веках торжествуют
В великом почёте
Потомки мужей,
Призванных к Богу.

75.
Слёзы, пролейтесь,
Умолкни, язык,
Речи, замрите!
В страшных конвульсиях
Бейся, душа,
Что б тело дрожало!
В страхе прошу:
«Господь, помоги мне!»
И ныне, и присно
Руки вздымая
И славословя,
На оба колена
Народам пристало
Припасть, преклонившись,
Господь милосердный,
Пред ликом Твоим.

76.
Я убоюсь
И суда, и смерти,
Ведь многим смертным
Не будет спасения.
Я знаю, моя
Жизнь безобразна,
Она Божий гнев
На меня навлечёт.
От многочисленных
Грязных грехов
Горит моя грудь
И возмездья страшится
За отпаденье
От добродетели
И за отсутствие
Истинной веры.

77.
Гордость безмерная,
Самодовольная,
Сломила давно
Дух нездоровый,
Скверен, уродлив,
Давно задыхаюсь
От зависти чёрной,
Отравленной ядом.
Гневная желчь
И жгучие язвы
Нутро раздувают,
Меня истязая,
Во мраке скорбей
Печаль уносит
Из самого сердца
Силу и твёрдость.

78.
Окутан я
Метелью пороков,
Грудь мне сковал
Алчности холод,
Пагуба жадности
И преступления
Вонзает в меня
Прочно крючки.
Обманута плоть,
И в восторге слепом
Она покрывается
Пятнами смерти,
Исполнена страхом,
Об ужасе этом
Забыть я не смею
В надежде на милость.

79.
Прости же меня,
Отец Милосердный,
Прости же меня!
Оплакивать буду
Мысли свои,
Слова и деяния,
Смирением истинным
Смерть отклоняя.
Сейчас припадаю
К Твоим я ногам
Под гнётом беды,
О которой сказал,
Я каюсь и в страхе
Надеюсь, что Ты
Меня не оставишь
В страданье моём.

80.
Так жажду я,
Иисусе Сладчайший,
Прощенья грехов,
Что образы их
Являются мне,
И распухает
От яда змеиного
Сердце внутри.
Истинный дар,
Дух семикратный,
Пошли мне сюда,
Освободит он
Душу мою,
И буду служить я
Во славу Твою,
Цветок Марии.

81.
Христос, никогда
Не дай мне предаться
Порыву внезапному
Ветра пороков,
Силою милости,
Властью прошенья
Горящую грудь
Смирением очисти.
Пресветлый Отец,
В слезах я готов
У ног Твоих милых
Встать на колени
Всякий раз,
Когда чувствую холод
Жизни бесплодной
В пучине грехов.

82.
К деве Марии
Я обращаюсь
И тайно прошу
О благоволении,
Надеюсь, Христос,
Что милости вашей
Хватит на всех
Грешников павших.
Меня истязай
Болезнью и болью,
Мой Господин,
До самой, да смерти,
Страдать буду меньше
Потом, когда враг
Меня разорвёт
Острым крючком.

83.
Жизнь! Ослабь же
В исходе своём
Бремя грехов
Покаяния ради,
Надеюсь, что я,
Елеем умаслен,
Свидетелем стану
Того утешения.
Моему сердцу
Чистейшую дай
Плоть и кровь,
Которую Ты
У матери взяли
Для святого причастия,
Свободу, быть может,
Получит душа.

84.
Боюсь, что боль
Выжжет дотла
Совести место,
Когда оторвётся
Она от основы,
Когда грехи
Права предъявят
На сердце моё,
И на меня
Полчища вражьи
Набросятся злобно
С криком и воплями,
Будут меня они
Мучить и жечь,
Кусать и душить,
Рвать и царапать.

85.
Господь дражайший,
Цветок Марии!
Быть может, меня
Поддержки лишая,
Племени Диавола
Ты позволяешь
Губить и ранить
Душу мою,
Но чистой и красной
Кровью сердечной
Её исцеляешь,
Я верю, Иисус,
Что любовью своей
Ты всех людей
В жизнь возвращаешь,
Смерть попирая.

86.
Услышь меня,
Земли и небес
Сосуд Всеблагой
Всех добродетелей,
Царица людей
И ангелов вышних,
Народов спасение,
Мать Иисуса!
Когда я страдаю
В великой нужде,
Не оставляй
Душу мою,
Спаси, укрыв
Покровом защиты
Надежду мою
На помощь твою.

87.
Пусть потечёт
Из грудей молоко,
Царица моя,
В присутствии сына!
Отпрыск Марии,
Отцу покажи
Кровавые раны
От острых гвоздей!
Я знаю, что в мире
Нет страданий,
Которыми был бы
Сломлен слуга ваш,
Ведь добрыми знаками
Милости нежной
Всё наводнилось
Небесное царство.

88.
Выйди вперёд,
Родившая бога,
И встань перед светлым
Сыном своим,
Людям поведай
О милости кроткой,
И милость уменьшит
Их злодеяния,
Пусть сотворят
Нежные губы
Святую молитву
О душах христианских,
Мария, милая
Мать Иисуса,
Вступись за меня
Пред сыном твоим!

89.
Дочерь Божья!
Ты святости голубь,
Сама непорочность,
Лекарство от бед,
Дорога удачи,
Луч солнца небесный,
Сокровище жён,
Царица небес,
Божья обитель,
Забвенье печалей,
Радости пища,
Погибель пороков,
Артерия милости,
Жизнь всех народов,
Чудесная дева,
Ты ангелов выше!

90.
Ты будешь любима,
Одна из всех жён,
Своим смирением
Снискавшая славу,
Людям облегчишь
Бремя грехов,
Дева святая,
Любимая Богом,
Ты тёплый приют
Духа святого,
Украшена всеми
Благими делали,
Не ведаешь ты,
Пороков лишённая,
Дева пречистая
Силы своей.

91.
Мария, ты наша
Мать дорогая!
Мария, живёшь ты
В великом почёте!
Мария, ты милости
Вечный источник!
Мария, ты нас
Удержи от грехов!
Мария, взгляни
На наши бесчинства!
Мария, взгляни
На горькие слёзы!
Мария, ты нас
Исцели от болезней!
Мария, ты язвы
Бальзамом умасли!

92.
Когда же певец
Красноречивый
Намерен словами
Подпорки поставить
В искусном стихе
И славу твою,
Моя госпожа,
Воспеть по заслугам,
Как муж неразумный,
Он взаперти
Бродит в испуге
И бьётся о стены,
И, спотыкаясь,
Не зная пути,
Из дома Вёлунда2
Выйти стремится.

93.
И если дар речи
Вдруг обретут
Плоть и кровь
Всех человеков
И молнии с ветром,
Зелёные степи
И травы пахучие,
Пыль и пески,
Град и метель,
И птиц оперенье,
Рыбы и звери,
Леса и болота,
Былинки и зёрнышки,
Яркие звёзды,
Шерсть, чешуя
И капли, и искры,

94.
Деревья и скалы,
Камни и улицы,
Небо, стремнины,
Воздух и ангелы,
Полчища змей
И пашни с пшеницей,
Растенья, металлы
И пальмы с листвой,
И если даже
Они никогда
Ни на единый миг
Не замолкнут,
Они утомятся,
Прежде чем смогут
Великолепье
Марии воспеть.

95.
Мария, пребудь
В сердце моём,
Сама добродетель,
С великой охотой
Песнь я слагаю,
Благословенная,
Преумножая
Славу твою!
Пользы не будет,
Если добавить
К песне этой
Иные слова
О матери щедрой,
Христа породившей.
Лишь истина Божья
Превыше Марии.

96.
Распятый Христос!
Великая сила!
Тебя пронзили
4 гвоздя,
Тебе и Марии
Я приношу
Свой труд, сочинённый
В месте одном.
Позвольте же мне
Пользу извлечь
Из тесных слов
И подпорок стиха,
Ведь стих для меня
Превыше всего,
Он душу мою
От пытки избавит.

97.
Возрадуйтесь люди!
Я песни размер
В речи своей
Не во всём соблюдал
И с тщанием меньшим,
Чем надлежит,
На снисхождение
Я уповаю.
Гораздо важнее,
Что каждого слова
Значение верное
Найдено будет,
Хотя бы пришлось
Нам поступиться
Правилом Эдды,
Скрывающим смысл.

98.
Истинный мастер
Речи искусной
В песнь предпочтёт
Множество вставить
Слов стародавних,
Я полагаю,
Что тем затрудняет
Он понимание.
Простые слова
Нетрудно понять,
Пусть каждый оценит
Мои усилия,
Слова раскрывают
Замысел мой,
Хочу, чтобы песнь
Называлась «Лилия»3.

99.
С любовью, из чистой
Души исходящей,
Спасения ради
Меня и другов
Пусть каждый,
Кто эту песнь услышит,
Расскажет Марии
Строфы её.
И может статься,
Что дева вспомнит
Меня, когда меня
Пыткам подвернут,
Надежда даётся,
Когда уверенно
Губы твердят:
«Dominus tecum»4.

100.
Всемогущий Бог
Всех иерархий,
Верховный правитель
Ангелов и народов,
Нужды не имеющий
В месте и времени,
Удерживающий земли
Во власти покоя,
Всё пронизано тобою
Внутри и снаружи,
Сверху и снизу,
И в самом центре.
Вечная слава
Во веки веков
Тебе, воистину сущему
В 3-х ипостасях!

Ок. 1343–1344 гг.


Примечания

1 В подстрочнике Е. А. Гуревич и И. Г. Матюшиной эта виса передаётся так:

«Потом стал дорогой Христос
Учение распространять в городах;
Учеников, жизнью служащих, искал,
Находил и при этом давал слепым,
Прокаженным, немым, глухим,
Мёртвым, больным, умалишенным,
Расслабленным — глаза, исцеление,
Речь, слух, дыхание, здоровье,
Мудрость, движение». (См. «Поэзия скальдов», М., «РГГУ», 1999 г.).

2 Дом Вёлунда — помещение, из которого трудно выйти, так же — любая мастерская.

3 В подстрочнике Е. А. Гуревич и И. Г. Матюшиной эта виса передаётся так:

«Тот, кто предпочитает тщательно складывать
Стихи, любит вставлять в свое стихотворение
Так много темных древних выражений,
Что едва может их сосчитать, я говорю,
Что это затрудняет понимание; здесь
Хорошо можно понять простые слова, да
Услышат мою ясную волю, эту прямую
Речь, данную с радостью, желаю я, чтобы
Это стихотворение называлось „Лилией“». (См. «Поэзия скальдов», М., «Наука», 1999 г.)

4 «Господь с тобою» (лат.)

Источник: «Христианская гимнография», М., ИМЛИРАН, 2019 г. С. 222–241.

© Tim Stridmann