Прядь об Оттаре Черном

Óttars þáttr svarta

Одного исландца звали Оттар. Он был хороший скальд. Одно время он был дружинником Олава, конунга шведов1. Он сочинил любовную драпу2 об Астрид, дочери Олава, конунга шведов3. Песнь эта сильно не понравилась конунгу Олаву Святому. Она была замысловато сложена, и в ней были намеки на недозволенные вещи. А когда Оттар приехал в Норвегию4, конунг Олав Святой приказал схватить его и бросить в темницу и решил предать его смерти.

Сигват скальд был большим другом Оттара5. Ночью он отправился к темнице. И когда он приходит туда, он спрашивает Оттара, как тот поживает. Тот отвечает, что прежде ему случалось бывать в лучшем расположении духа. Тогда Сигват попросил его произнести песнь, которую он сложил об Астрид. Оттар сказал песнь, как его просил Сигват.

И когда он закончил песнь, Сигват сказал:

— Замысловато сложено, и неудивительно, что конунгу эта песнь не понравилась6. Вот как мы поступим: изменим в ней самые откровенные висы, а потом ты сложишь другую песнь — о конунге. Ведь он наверняка потребует, чтобы ты произнес ту песнь, прежде чем тебя казнят, а как только ты доскажешь ее до конца, ты должен не останавливаясь тотчас же приступить к песни, которую ты сложил о конунге, и рассказывай ее, сколько тебе удастся.

Оттар сделал так, как сказал Сигват, и за три ночи, что он провел в темнице, сложил драпу об Олаве конунге. А после того как Оттар просидел три ночи в темнице, Олав конунг приказал привести его к себе.

Когда Оттар предстал перед конунгом, он приветствовал его, однако Олав конунг не ответил на его приветствие и вместо этого сказал Оттару:

— Теперь самое время, Оттар, — говорит конунг, — исполнить песнь, которую ты сложил о конунговой жене, потому что прежде, чем тебя убьют, она должна услыхать, как ты ее прославил.

Астрид конунгова жена сидела на почетном сиденье рядом с конунгом, когда они с Оттаром разговаривали. Оттар уселся на пол у ног конунга и начал произносить песнь. Пока он исполнял ее, конунг покраснел. А когда песнь была окончена, Оттар не останавливаясь тотчас же принялся за ту драпу, что он сложил о конунге7, однако тут конунговы дружинники стали кричать и требовать, чтобы этот сквернослов умолк.

Тогда Сигват сказал:

— Нет сомнений в том, — говорит он, — что во власти конунга казнить Оттара, когда ему заблагорассудится, даже если он прежде и исполнит эту песнь. Так что выслушаем ее, поскольку нам в радость послушать, как прославляют нашего конунга.

После этих слов Сигвата дружина смолкла, и Оттар досказал драпу до конца. А когда песнь была закончена, Сигват принялся расхваливать ее и говорить, что она хорошо сложена.

Тогда Олав конунг сказал:

— Будет лучше всего, Оттар, если на этот раз ты получишь за драпу свою голову.

Оттар отвечает:

— По мне, так не может быть дара ценнее, государь, хотя голова моя и неказиста8.

Олав конунг стянул с руки золотое обручье и отдал его Оттару.

Астрид конунгова жена покатила по полу к Оттару золотое кольцо и сказала:

— Прими, скальд, это сверкающее кольцо и владей им.

Олав конунг сказал:

— Как видно, ты не можешь удержаться и не выказать Оттару своего расположения.

Конунгова жена отвечает:

— Вы не должны, государь, гневаться на меня за то, что я, как и вы, захотела отплатить за свою хвалебную песнь.

Конунг отвечает:

— На этот раз я, так и быть, не стану винить тебя за этот подарок, но знайте оба: после тех стихов, что Оттар сложил о тебе, я больше не собираюсь терпеть вашу дружбу.

Оттар потом долгое время оставался у конунга, и с ним там хорошо обходились. Драпа же, которую Оттар сложил в честь Олава конунга, была названа Выкуп Головы9, потому что в награду за нее Оттар сохранил свою голову.


Примечания

Представленная здесь редакция «Пряди об Оттаре Черном» («Óttars þáttr svarta») сохранилась в «Книге с Плоского Острова» (Flat. III, 241–242: Art. 10), где она приводится среди так называемых «Дополнений к саге об Олаве Святом» («Viðbætir við Ólafs Saga hins helga») — фрагментов из жизнеописания Олава Святого («Lífssaga Ólafs helga»), написанного в первой трети XIII в. современником Снорри Стурлусона, ученым клириком Стюрмиром Мудрым сыном Кари, настоятелем монастыря в Видей. Помимо редакции «Flateyjarbók» (последняя четверть XIV в.) известны также три другие, несколько отличные от нее версии того же рассказа, дошедшие в средневековых рукописях «Саги об Олаве Святом» в «Bæjarbók» (1275–1325), «Bergsbók» (начало XV в.) и в «Tómasskinna» (ок. 1450–1500). Более краткий рассказ о том, как Оттар спас свою жизнь, сочинив хвалебную песнь о конунге Норвегии, содержится в «Легендарной саге об Олаве Святом» (начало XIII в.), а также в «Древнейшей саге об Олаве Святом» (конец XII в.) — в последней он сохранился лишь частично. В «Круге Земном» и в «Отдельной саге об Олаве Святом» Снорри Стурлусона этот эпизод отсутствует.

Помимо скупых сведений, упомянутых в приведенном здесь рассказе и в пояснениях к нему (см. коммент.), об Оттаре Черном известно весьма немногое. Между тем его имя неоднократно встречается в сагах об Олаве Святом (а также в «Младшей Эдде»), где в общей сложности цитируется 20 строф из сложенной им хвалебной песни в честь этого правителя; кроме того, в своей поэме «Луч» («Geisli», XII в.) Эйнар сын Скули (см. о нем «Прядь об Эйнаре сыне Скули» в наст. изд.) счел нужным вспомнить об Оттаре и о Сигвате как о тех сподвижниках святого конунга, «кто звался главными скальдами» (es hétu hǫfuðskǫld) и прославлял отвагу Олава при его жизни (строфа 12). В «Саге об Олаве Святом» (КЗ, 207, 208, 211) рассказывается о том, как Оттар и другой исландский скальд, находившийся одновременно с ним при шведском дворе, Гицур Черный, способствовали сватовству Олава Святого к Ингигерд, дочери Олава Шведского, причем упоминается о красноречии Оттара, о том, что он был «смел на правду» (máldjarfr) и пользовался любовью как самого конунга, так и других знатных людей.

«Перечень скальдов» («Skáldatal», XIII в.), где приводятся имена всех норвежских и исландских скальдов, когда-либо сочинявших хвалебные песни, а также адресатов их стихов, утверждает, что Оттар Черный складывал панегирики в честь шести патронов. Это датские конунги Свейн Вилобородый, сын Харальда Синезубого, и его сын Кнут Могучий; Олав Шведский и его сын Энунд; конунг Норвегии Олав Харальдссон и норвежский херсир (знатный предводитель) Гудбранд из Долин. Поэмы Оттара, якобы сочиненные им о Свейне, Энунде и Гудбранде, не сохранились, и о них более ничего не известно. Если верить этому сообщению, то Оттар еще до своего приезда в Швецию должен был побывать в Дании у конунга Свейна (ум. 1014), однако, как рассказывается в «Легендарной саге об Олаве Святом» (гл. 60), Оттар покинул Исландию молодым человеком, оставался с Олавом, конунгом шведов, и пользовался там «большим почетом» за сложенные им стихи — из его сочинений той поры известна «Драпа об Олаве Шведском» («Óláfsdrápa sœnska»), из которой сохранилось всего шесть строф, — а потом уехал в Данию к Кнуту Могучему. Как утверждается в этой саге, исполнив хвалебную песнь в честь датского конунга («Драпу о Кнуте» — «Knútsdrápa», из нее известны 11 строф), Оттар получил за нее богатые дары и провел у Кнута зиму, после чего отправился к норвежскому конунгу Олаву Харальдссону, где и произошел описанный в пряди инцидент. На основании других сообщений о приезде Оттара в Норвегию (см. коммент.), а также исходя из содержания сохранившихся фрагментов этой песни, исследователи, однако, склонны относить сочинение «Драпы о Кнуте» и соответственно поездку Оттара в Данию к более позднему времени, а именно к 1027 г. (см.: SkP I, 769).

После примирения с Олавом Оттар стал его дружинником и оставался в Норвегии. К этому периоду относится еще один анекдот, героями которого и на этот раз были Оттар и его друг и родич Сигват. В «Легендарной саге об Олаве Святом» (гл. 62; этот эпизод приводится также в одном из фрагментов жизнеописания Олава Святого, принадлежащего Стюрмиру Мудрому) рассказывается, как однажды конунг Олав унизил обоих скальдов, Оттара и Сигвата, послав им со своего стола орехи и приказав «поделить их поровну», как если бы это было оставленное им «отцовское наследство». Каждый из скальдов ответил на это стихами, в которых выразил свою обиду: Оттар в своей висе просил конунга впредь не оскорблять его и посетовал на то, что прошли те времена, когда тот выказывал ему большее расположение (ÓHLeg, 47–48; Flat. III, 243). Тогда же, если следовать сообщению «Перечня скальдов», должна была быть создана и несохранившаяся песнь Оттара, посвященная могущественному норвежцу Гудбранду из Долин.

Нет никаких сведений о том, как долго Оттар оставался с Олавом и где он окончил свои дни.

Перевод выполнен по изд.: Íslendinga sögur og þættir. I–III / Ritstj. Bragi Halldórsson o. fl. Reykjavík, 1987. III. bindi. Bls. 2201–2202. (Svart á hvítu).


1 О пребывании Оттара в Швеции на службе у Олава Шётконунга (см. о нем примеч. 1 к «Пряди об Эмунде из Скарара») рассказывается в жизнеописаниях Олава Святого. Как сообщается в «Круге Земном», Оттар «долгое время был любимцем Олава конунга шведов» (КЗ, 233).

2 …сочинил любовную драпу… — Драпа — хвалебная скальдическая песнь (см. примеч. 12 к «Пряди о Торлейве Ярловом Скальде»). За сочинение любовных стихов (так называемого мансёнга) скальды подвергались преследованию: в исландском судебнике «Серый Гусь» в разделе «О поэзии» прямо говорится, что человек, сложивший мансёнг о женщине, «объявляется вне закона». Враждебное отношение к мансёнгу и запрет на его сочинение, по-видимому, были вызваны представлениями о том, что любовные стихи могли подействовать на их адресата как приворот (см. подробнее: Гуревич Е. А., Матюшина И.Г. Поэзия скальдов. М., 2000. С. 498–568).

3 Тогда как из версий пряди в «Flateyjarbók» и «Tómasskinna» можно заключить, что Оттар сложил об Астрид песнь мансёнга во время своего пребывания при шведском дворе, т. е. еще до ее замужества, из двух других редакций пряди как будто бы следует, что он совершил этот проступок уже после того, как Астрид стала женой Олава (ср. в «Bæjarbók»: «Оттар сложил любовную драпу об Астрид, королеве Олава конунга», ÍSÞ III, 2204). В «Саге об Олаве Святом» (в КЗ: гл. 91–92) рассказывается, как Олав женился на Астрид, не получив на это согласие ее отца, конунга шведов, причем сага отводит важную роль в осуществлении этого замысла скальду Сигвату, одному из героев настоящего рассказа (см. примеч. 5 к «Пряди об Эмунде из Скарара»).

4 …когда Оттар приехал в Норвегию… — Описанный в пряди инцидент должен был произойти ок. 1023 г. В редакции пряди в «Bæjarbók» сказано, что Оттар Черный приехал к конунгу Олаву, когда тот был в Солейяр, и что «Олав конунг шведов умер раньше той зимой, и конунгом Швеции стал Энунд сын Олава» (ÍSÞ III, 2204). Упоминание об этом имеется и в «Саге об Олаве Святом» Снорри Стурлусона (где эпизод, рассказывающий о ссоре Оттара с конунгом Олавом, не приводится); при этом, сообщая о приезде Оттара, Снорри добавляет, что тот «попросил, чтобы конунг взял его к себе» (КЗ, гл. 114). В «Легендарной саге об Олаве Святом» (гл. 60) утверждается, однако, что следующую за смертью Олава Шведского зиму Оттар провел в Дании при дворе Кнута Могучего (см. выше).

5 Сигват скальд был большим другом Оттара. — Сигват сын Торда скальда Сигвальди (ок. 995 — ок. 1045), один из наиболее выдающихся исландских поэтов. Сигват был любимым скальдом Олава Харальдссона, которому он посвятил несколько хвалебных песней (в том числе «Викингские висы», «Висы о битве у Несьяра», «Поминальную драпу об Олаве Святом»), а после смерти Олава стал скальдом его сына, Магнуса Доброго, своего крестника. Стихотворное наследие Сигвата очень велико (146 строф) и включает 12 песней (некоторые сохранились лишь частично), 30 отдельных вис и несколько фрагментов. В версии пряди в «Tómasskinna» (ÍSÞ III, 2202) сказано, что Сигват был «близким родичем Оттара и большим его другом»: согласно «Отдельной саге об Олаве Святом» Снорри Стурлусона (OlH, 203; также Flat. II, 115), Оттар был сыном сестры Сигвата.

6 В редакции пряди в «Bæjarbók» Сигват прямо говорит Оттару, что в песни, которую он выслушал, «многое указывает на вашу с конунговой женой любовь, и неудивительно, что конунгу она не понравилась» (ÍSÞ III, 2204).

7 …драпу, что он сложил о конунге… — В одной из четырех редакций пряди (в рукописи «Tómasskinna») в этом месте цитируется начальная строфа из «Выкупа головы» (ÍSÞ III, 2203):

Внемли песни, властный,
горазд стихом ладным
черный скальд прославить
как пристало князя.
Храброму я справить
хвалу давно вздумал,
коли нас покинул
Гаутов владыка.

(черный скальд — Оттар Черный; владыка Гаутов — умерший незадолго до того конунг Олав Шведский, чьим скальдом прежде был Оттар).

8 не может быть дара ценнее (…) хотя голова моя и неказиста. — Ср. аналогичное заявление Эгиля сына Скаллагрима, когда конунг Эйрик Кровавая Секира даровал ему пощаду за сложенный им в его честь панегирик — «Выкуп головы»: «Голову я / Не прочь получить: / Пусть безобразна, / Но мне дорога…» (перевод А.И. Корсуна; «Сага об Эгиле», ИС I, 155). Это не единственная параллель между рассказом об Оттаре и знаменитым эпизодом «Саги об Эгиле» (гл. 59–61), повествующим об обстоятельствах сочинения Эгилем «Выкупа головы»: в обеих историях скальды складывают хвалебные песни конунгам в ожидании казни и в кратчайшие сроки (Эгиль за одну ночь, Оттар за три ночи) и по совету близких друзей (Эгиль — Аринбьёрна, Оттар — Сигвата).

9 Драпа (…) названа Выкуп Головы… — В отличие от Стюрмира сына Кари, автора жизнеописания (lífssaga) Олава Святого, в одном из отрывков которого сохранился этот рассказ, Снорри Стурлусон нигде не называет сочиненную Оттаром драпу об Олаве Выкупом Головы («Höfuðlausn»). В исландских источниках неоднократно сообщается о том, как тот или иной скальд получал от правителя пощаду в качестве награды за сложенную в его честь хвалебную песнь: согласно «Саге об Эгиле» (гл. 59), эта традиция восходит к первому норвежскому скальду Браги Старому (IX в.), который, после того как он вызвал гнев шведского конунга Бьёрна, за одну ночь сочинил о нем хвалебную песнь в 20 вис, за что ему была дарована жизнь. Помимо драпы Оттара в честь Олава, до нас дошли лишь две поэмы такого рода — «Выкуп головы» Эгиля сына Скаллагрима (X в.), сохранившийся полностью (см. примеч. 8), и одноименная песнь Торарина Славослова (XI в.) о Кнуте Могучем, из которой уцелело всего два стиха.

Перевод и примечания Е. А. Гуревич

Источник: Исландские пряди. — М.: Наука, 2016.

© Tim Stridmann