AM 489 I–II 4to (1440–1460)
AM 489 I–II 4to (1440–1460)
Когда произошла эта история, Англией правил король по имени Филипп, был он мудрым и благожелательным. Его королеву звали Филиппией, она была очень благородной. У них было двое детей: сын по имени Мородд и дочь Блензибли. В молодости они были многообещающи, чрезвычайно способны и всеми очень почитаемы. Говорят, что король так любил свою дочь, что не мог ей ни в чем отказать. У короля был рыцарь по имени Плегрус, во всех испытаниях он был защитой и опорой короля. Король ценил его больше, чем кого-либо другого в стране, за исключением своего сына и дочери. Был еще человек по имени Хери, его прозвали Хери Разумный, поскольку он был самым мудрым из людей, король его очень ценил. Пажа королевской дочери звали Поллорнис. Она очень уважала его, а он был предан и верен ей и служил ей усердно и учтиво. Долгое время королевство пользовалось большим почетом и уважением, пока король Филипп не заболел и не умер. Его тело, как и подобало, было погребено достойно и с уважением. Народу это показалось крайне важным, это также была большая потеря, ибо он был превосходным королем.
После этого Мородд созвал собрание, и его провозгласили королем всей Англии, и никто не высказался против, ибо он был очень почитаем. Блензибли это крайне не понравилось, поскольку она считала себя не менее достойной королевства, чем он. Теперь она решила собрать войско и поселиться в Скардаборге без разрешения короля Мородда. В то время рыцарь Плегрус глубоко влюбился в королевскую дочь и стал управлять войском вместе с ней. Блензибли и он собрали свой отряд и день и ночь шли против короля. Сейчас король Мородд советовался со своими людьми. Тогда поднялся Хери и произнес долгую и красноречивую речь, назвав недостойным короля долго размышлять над таким:
— Вот мой совет и совет всех нас: вы разошлете боевые стрелы по всему вашему королевству и выступите против рыцаря Плегруса, и тогда вы либо убьете его и вернете свою сестру, либо он отдаст страну в вашу власть.
Король принял этот совет, повелел созвать войско и собрал большую армию. Король Мородд послал лазутчиков следить за армией Блензибли. Лазутчики сообщили королю, что та разбила свой лагерь неподалеку, в поле. Затем король отправился со своим войском туда, где увидел их армию. Потом он приказал разбить свой лагерь по другую сторону леса. Теперь король посчитал, что его войско намного меньше и не увидел своего шанса на битву. Тогда было решено, что король пошлет людей к рыцарю Плегрусу и предложит ему, чтобы они скакали на сшибку друг против друга, и что победит тот, как пожелает Бог. Рыцарь Плегрус благосклонно принял послание короля и сказал, что готов состязаться с королем. Они проспали всю ночь. А когда рассвело, король Мородд приказал своим войскам встать и надеть доспехи, так и было сделано: люди хорошо и быстро вооружились. Король тоже облачился в доспехи и сел на лучшего коня во всей своей армии. Когда король прибыл на поле состязания, Блензибли и рыцарь Плегрус со своим войском уже были там, и едва встретившись, они устремились навстречу друг другу. Король так сильно вонзил свое турнирное копье в щит рыцаря Плегруса, что тот разлетелся в щепки; но, поскольку он [Плегрус] был искусным рыцарем, ему удалось удержаться в седле. А копье рыцаря Плегруса не застряло в щите короля и скользнуло по щиту и коню, и казалось, что он упадет с коня, однако он сумел удержаться. Теперь они поскакали во второй раз, и каждый из них в великой ярости пришпоривал коня. Затем король Мородд с такой силой и яростью ударил своим турнирным копьем в переднюю луку седла рыцаря Плегруса, что обе подпруги лопнули, и потом сбросил его, так что он упал далеко наземь. Тут люди рыцаря Плегруса увидели несчастье своего предводителя. Тогда король Мородд спросил их, хотят ли они сразиться с ним или подчиниться ему, а они предпочли примириться с королем. Теперь вмешались друзья с обеих сторон, и брат и сестра помирились. Затем король Мородд забрал свою сестру Блензибли и рыцаря Плегруса с собой домой. Немного позднее король Мородд созвал всех правителей к северу от моря, чтобы устроить турнир. Сам он был лучшим рыцарем и получал великое удовольствие от подобных развлечений.
Хлёдвир — так звали короля; он был очень известным человеком и добрым рыцарем; он правил Испанией. На это собрание он прибыл с большой и великолепной свитой из доблестных рыцарей и храбрых воинов. С ним был превосходный рыцарь, и был он тогда преклонных лет; звали его Патрокл; был он знатного рода и во всем чрезвычайно способным. Туда прибыли также многие могущественные князья и доблестные рыцари.
У рыцаря Патрокла был сын по имени Калеграс. Он был еще молод, однако его отец подготовил его к турнирам, и вышло так, что Патрокл не смог удержаться в седле против Калеграса, своего сына. Биринг — так звали воспитателя Калеграса; он был уважаемый человек и находился при короле Хлёдвире.
Рассказывают, что однажды, когда установилась хорошая погода и солнце сияло на безоблачном небе, там собралось несчетное множество рыцарей, прибывших туда из разных стран и всех окрестных мест, в этот день рыцарь Плегрус хвалился на турнирном поле, с нетерпением ожидая, что кто-то сразится с ним. Калеграс увидел это и попросил отца разрешения выступить против него, но тот назвал это неразумным, сказав, что рыцарь хорош, — «но ты еще дитя».
Это не понравилось Калеграсу, и он рассказал об этом своему воспитателю. Затем он [Биринг] пошел к Патроклу и попросил его разрешить ему [Калеграсу] участвовать в турнире, и по просьбе Биринга тот позволил сыну сражаться.
Тут Биринг подготовил своего воспитанника к турниру. Он облачил его в надежную кольчугу и надел на голову позолоченный шлем. Затем он повесил ему сбоку меч. Он дал ему хороший щит, на котором золотом был выбит лев. Затем он сел на доброго коня и взял в руку могучее турнирное копье. Теперь издалека можно было видеть исходившее от его доспехов сияние, ибо солнечный свет был мягок и прекрасен. Рыцарь Плегрус также тщательно подготовил свое оружие и коня.
И когда они были готовы, они бросились друг на друга, и только они сшиблись, щит рыцаря Плегруса разлетелся на части, а лука седла отломилась. Он оперся на копье и не упал. Затем они поскакали во второй раз, и Калеграс нанес удар своим копьем в щит рыцаря Плегруса; Затем они снова бросились друг на друга, и Калеграс вонзил копье в щит рыцаря Плеграса, копье соскользнуло со щита в наносник его шлема с такой силой, что шлем слетел с головы вместе со скальпом, и от всего этого рыцарь Плегрус упал с коня перед Калеграсом.
Затем он ушел и разыскал королевскую дочь, и рассказал ей о своем несчастье. Тогда она перевязала его раны, и через короткое время он исцелился, ибо она была лучшим лекарем. Королевская дочь подарила ему для поединка большое золотое кольцо.
Затем они сразились друг с другом в третий раз; и тот, кто находился поблизости и видел их схватку, слышал громкий шум скачущих коней и звучный лязг оружия, когда они с великой силой подгоняли коней золотыми шпорами. Тогда копье Калеграса вошло в лоб рыцаря Плегруса, пронзив ему мозг. Затем Калеграс поскакал к своим людям. Биринг радостно принял своего воспитанника, как и все его соотечественники.
Дочь короля, Блензибли, пребывала в самой высокой городской башне и наблюдала за их состязанием. Она была очень впечатлена мастерством и учтивостью Калеграса, ибо из всех мужчин он был самым величественным и лучшим во всех качествах, которыми должен обладать храбрый юноша. Тогда королевская дочь позвала к себе своего посланника Поллорниса:
— Сегодня, — сказала она, — я видела человека, равного которому мне еще не доводилось встречать, и, честно говоря, я испытываю к нему такую сильную любовь, что не могу поступить иначе, как немедленно отправить тебя встретиться с Калеграсом, попросить его прийти ко мне и передать, что я жажду обрести его любовь.
Поллорнис ответил:
— Госпожа, должно быть, вы пьяны, раз говорите такие глупости, ведь он причинил вам великий вред, убив рыцаря Плегруса, вашего друга, которого совсем недавно вы поставили предводителем своим войском. Мне кажется, разумнее будет пойти и убить его, и принести вам его голову; тогда наш человек будет должным образом отомщен.
Она ответила:
— Если ты не поступишь так, как я сказала ранее, то будешь висеть на самой высокой виселице, как только на рассвете солнце окрасит леса в багрянец; или же ты примешь самую ужасную смерть, какую только можно отыскать во всей Англии.
Тут он почувствовал, что она полна решимости сделать это, так что ему уже не казалось возможным оставить неисполненным [сказанное ею].
Он сказал:
— Как только я узнаю вашу волю, я охотно пойду туда, куда вы пожелаете меня отправить.
Она ответила, что он поступил правильно:
— И тогда ты снискаешь мою благосклонность, если сумеешь устроить так, чтобы ко мне явился Калеграс, которого я люблю больше любого другого мужчины, кого видела или о ком слышала, и я молю об этом, — сказала она, — Боже, помоги мне, ибо я лучше приму внезапную смерть, чем то, что наша любовь будет разорвана.
Затем Поллорнис отправился в путь и не позволил ничему задержать свою поездку. Так он шел до тех пор, пока не встретил Калеграса, и передал ему послание королевской дочери. Он поведал ему о ее учтивости и красоте. Это пришлось Калеграсу очень по душе, и он пустился в путь вместе с Поллорнисом. Затем они прибыли в покои королевской дочери Блензибли; она находилась внутри. Едва завидев Калеграса, она поднялась, обвила его шею обеими руками и поцеловала его. Затем они оба легли в одну постель и проспали всю ночь. И даже когда наступил день, их любовь и дружба не уменьшились, скорее, следует честно сказать, что каждый из них испытывал такую сильную любовь и привязанность к другому, что они не обращали внимания ни на что, кроме как держаться друг за друга. И хотя к ним приходили люди, чтобы повидаться с ними, им не удалось получить от них ни единого слова.
Теперь Патрокл подумал, что его сын отсутствует, и послал людей на его поиски, прося его поскорее вернуться, сказав, что король Хлёдвир готов отправиться домой. Они нашли Калеграса и передали ему послание его отца. И хотя отец послал ему весть, Калеграс не только не поехал, но они даже не получили от него ответа. Поэтому им пришлось так и вернуться, и, придя, сказать Патроклу, что Калеграс околдован, — «и он настолько пленен Блензибли, что не хочет нам отвечать».
Это очень не понравилось Патроклу, и он рассказал Бирингу о случившемся. Тот ответил:
— Я разыщу своего воспитанника, – сказал он, – но его дела должны быть лучше, чем вам говорили.
Тут он отправился в путь, пока не добрался до покоев королевской дочери Блензибли. Там Калеграс предавался такой же любви, как и говорилось ранее, он не обращал внимания ни на что, кроме объятий с ней, и она отвечала ему тем же самым. И можно вполне сказать, что они любили друг друга больше, нежели те, чья любовь вскоре перерастает во вражду.
Теперь Биринг попытался поговорить с Калеграсом, и он повел себя со своим воспитателем, лучше, чем к другим, поскольку взглянул на него, но он [Биринг] не добился большего. Ему пришлось вернуться домой и сказать Патроклу, что он не получил от Калеграса ни слова:
— Я дам такой совет: пусть они наслаждаются жизнью так, как того желают. Он сам решит, как поступить.
Затем король Хлёдвир уехал со всем своим войском, но Калеграс остался, и, как рассказывают, они провели три года в покоях, за все это время так и не покинув их.
Случилось так, что когда король Хлёдвир отсутствовал, король Элемми из Хольмгарда и его брат Серан подчинили себе Испанию. Оба они были великими воинами. Напасть на эту страну было нетрудно, ибо короля Хлёдвира не было дома, а все его витязи отправились в поход вместе с ним. Оборона была слабой, так как не было предводителя. Если все равны по силе, мало что удается сделать, даже если войско велико.
Король Хлёдвир узнал об этом. Тогда он объехал всю страну и собрал войско меньшее, чем у братьев. Он решил сразиться с ними. Он объявил, что должен либо отвоевать свое королевство, либо погибнуть.
Теперь войска сошлись, и вскоре разгорелась ожесточеннейшая битва. Обе стороны яростно рвались вперед. Король Хлёдвир отважно шел вперед, на нем не было ни шлема, ни кольчуги. Он прорубался сквозь ряды войска этих братьев. Можно было видеть мощные удары, которые он наносил, и как отлетали многие головы, срубленные его острым мечом, и поэтому повсюду, где он появлялся, казалось, будто в овечье стадо ворвался волк или в стадо свиней — вепрь. Но все же, как бы храбр он ни был, он не смог предотвратить собственную гибель.
Тогда король Хлёдвир сошелся с королем Элемми. Долго длился их бой. Каждый из них умел хорошо защищаться щитом и биться мечом. Но все же их поединок закончился так, что король Хлёдвир пал от руки короля Элемми не потому, что был худшим рыцарем, но лишь потому, что Бог, Отец Небесный, не позволил ему жить дольше.
Все, кто следовал за королем Хлёдвиром, увидели его гибель. Однако они не последовали примеру тех, кто тотчас обращается в бегство, когда рушится их опора, и разбредаются по полям или лесам, столь же боязливые, как коза, убегающая от овцы, или зверь — от собаки; или маленький воробей — от быстрокрылого сокола; или мышь — от кошки; или трусливый бедолага — от натиска рыцаря или доблестного юноши. Напротив, после падения своего повелителя они выбрали мудрое решение и смелый поступок. Патрокл стал тогда вождем той армии, в которой погиб король Хлёдвир. Отныне знамя, принадлежавшее королю Хлёдвиру, несли перед ним.
Вот они вступили в битву во второй раз. Сражение это было столь же ожесточенным, если не более ожесточенным, чем в прошлый раз, и король Элемми не мог заметить ничего, кроме того, что они были довольно свежими. Также говорят, что король Элемми бился доблестно и отважно, как и его брат Серан и все их люди. Рассказывается, что битва эта была долгой и упорной, «и я полагаю», — говорит тот, кто сложил эту сагу, — «что если бы там стояли люди никчемные и бессильные, ожидая удара, — я думаю, — они предпочли бы сгинуть в морской пучине или в мерзком болоте; но скорее», — сказал он, — «они избрали бы любую другую смерть, даже если бы она была позорной, и предпочли бы повеситься на самом высоком дереве». Но рыцарь Патрокл предпочел умереть с честью, нежели жить в позоре и бесчестии, ибо именно такой казалась ему жизнь, если бы он жил, не отомстив за короля Хлёдвира. И так бывает всегда, что тот, кто подвергает себя опасности, обречен на смерть не больше, чем тот, кто погибает в стыде и бесславии.
И тогда рыцарь Патрокл отважно ринулся вперед, обезглавливая множество людей, и многие дамы лишились своих возлюбленных по его вине. Он рубил направо и налево и не находил ни одного столь гордого, кто не был бы обречен пасть или обратиться в бегство перед ним. В конце концов он встретился с королем Элемми, и они долго сражались. Затем Патрокл первым ударил короля Элемми, и этот удар сначала попал в шлем, расколов шлем, голову, туловище и кольчугу до пояса. Как только король Элемми пал, его войско тут же обратились в бегство. Вслед за тем Патрокл преследовал бегущих, и его люди убивали всех, кто попадался им под руку. Серан, брат короля Элемми, в то время оказался среди бегущих; с несколькими людьми он сел на корабль, и на сей раз им не удалось его схватить. А о рыцаре Патрокле говорят, что он сражался с таким большим мужеством, что умер от изнеможения, скончавшись с храбростью и великой славой. Но когда дошло до этого, им следовало ожидать величайших потерь, и было очевидно, что им не найти иного предводителя, равного во всем по славе и мастерству, разве что Всемогущий Господь дарует им вождя, сравнимого с ним, и следовало надеяться, что он им это ниспошлет.
Весть эта разнеслась теперь по всей стране, и до Калеграса дошло известие о том, что его отец и король Хлёдвир мертвы. И хотя он узнал о смерти отца, по нему невозможно было понять, считал ли он это хорошим или плохим событием, но он повел себя так, что это глубоко его потрясло, ибо он покинул свои покои. Тогда Блензибли дала ему корабль и людей, так что он был хорошо подготовлен для путешествия.
Теперь он отправился в путь с небольшим отрядом, пока не достиг Испании. Как только он встретил своих родственников и друзей отца, они обрадовались и принесли ему известие, что Серан и его брат Десикст вернулись. Они попросили его стать их вождем, сказав, что готовы следовать за ним, как он пожелает:
— Как бы ты ни решил поступить, — сказали они, — убить этих братьев или изгнать их из страны.
Калеграс легко поддался убеждению. Затем он быстро собрал отряд, что далось ему без труда, поскольку все, кто слышал о нем, тотчас приходили к нему. Все считали, что лучше прийти к нему с большим войском, нежели с малым.
Серан и Десикст узнали об этом, собрали отряд, его людей было меньше, чем у Калеграса, и как только они встретились, тотчас завязалась битва, и люди со стороны братьев быстро пали; с их стороны сопротивления не было. Калеграс не успокоился, пока не пали оба брата и большая часть их армии, а те, кто не пал, сдались Калеграсу, но сам он был смертельно ранен.
Одного человека звали Вальтари, он был рыцарем и остался в Англии с Калеграсом, когда король Хлёдвир вернулся в Испанию, а рыцарь Патрокл вместе с ним, как уже рассказывалось ранее. Затем Калеграс послал его в Англию за Блензибли; тогда Вальтари отправился в путь. У него был прекрасный корабль и лучшие спутники. Он не останавливался, пока не достиг королевской дочери Блензибли и не передал ей свое поручение.
Но как только она услышала послание Калеграса, она не стала медлить, и вскоре отправилась на корабль вместе с Вальтари. А как только они были готовы и подул попутный ветер, они вышли в море на парусах. Путешествие шло хорошо, пока они не достигли Испании, и встреча Калеграса и королевской дочери Блензибли была очень радостной. Затем она осмотрела его раны и поняла, что перевязывать их больше не нужно. И она не ошиблась, поскольку после того, как она пришла к нему, он прошло три ночи, прежде чем умер. И какой бы великой утратой не считалось для людей падение короля Хлёдвира или рыцаря Патрокла, смерть Калеграса казалось им еще большей потерей, ибо он был во всем великодушным и необычайно щедрым, дружелюбным и снисходительным со своими людьми, и это было большой честью для обеих сторон. Затем тело Калеграса положили в каменный гроб, и ни нашлось ни одного храброго рыцаря, стоявшего у могилы, кто сумел сдержать слезы.
А весной, перед отплытием Блензибли из Англии, она разрешилась от бремени, мальчик был крещен, и его назвали Тристрамом. Он отправился со своей матерью в Испанию.
Блензибли так тяжело переживала смерть Калеграса, что она прожила всего несколько дней и скончалась от горя. Затем ее положили в каменный гроб рядом с Калеграсом.
Это произошло странным образом, но так все и закончилось.
После этого Биринг взял мальчика Тристрама к себе и воспитывал его. Он рано вырос и был красив с виду. Биринг очень любил Тристрама, а тот так сильно привязался к своему приемному отцу, что всегда хотел быть рядом с ним.
Как только у Тристрама появились силы и понимание, он собрал вокруг себя тех юношей, которые казались ему наиболее подходящими по возрасту и силе. Днем он отправлялся с юношами в лес. Там они упражнялись во многих искусствах: стрельбе и плавании, фехтовании и рыцарских поединках, а также во многом другом, что подобает знать молодому человеку, с мастерством и учтивостью. И хотя в каждом деле Тристрам был способнее, чем двое других, которые были лучшими, но он хорошо обходился с теми, кто был менее искусен. Он хорошо снарядил своих людей оружием и одеждой, и все, что получал, щедро раздавал. Все любили его от всего сердца и радовались тому, что обрели в нем достойную замену своим предводителям, о которых прежде уже говорилось. Так продолжалось до тех пор, пока Тристраму не исполнилось девять лет. Во всей Испании не было никого подобного ему, но страной правил Биринг, и все были очень довольны этим, поскольку он был кроток и миролюбив со всеми людьми.
Турнес — так звали короля, он правил Полями Черных людей. Он был великим королем и выдающимся разбойником. Он собрал большую армию. Затем он отправился в Испанию и опустошил страну, сжигая все, что попадалось ему на пути, и разоряя селения. Биринг собрал отряд, но смог набрать лишь немногих, поскольку часть населения была убита или сожжена, а часть бежала в другие страны. Затем они встретились; битва началась немедленно, и хотя Биринг был стар, однако он не утратил умения хорошо и храбро сражаться. Но поскольку силы его были малы, а враги яростно нападали и были выдающимися в своей силе и ловкости, битва длилась недолго, прежде чем Биринг и его люди бежали. Тяжело раненый, он добрался до леса, а король Турнес убил всех, кто не хотел присягать ему на верность. После этого король Турнес покорил всю страну.
Однажды, когда король и его люди совершали набеги на эти земли, они пришли туда, где мальчики играли на поляне. Они схватили их и взяли с собой на корабли. Но когда могущественные князья узнали, что их сыновья захвачены, они были не рады случившемуся. Тогда они отправились к королю Турнесу и попросили за своих сыновей, но он воспринял это с неохотой, если они не дадут ему денег, сколько он потребует. Закончилось тем, что они выкупили сыновей за деньги, которые запросил король, но за Тристрама они предложили недостаточно, чтобы король пожелал освободить его, поскольку тот считал, что знает, что Тристрам знатного происхождения и что от него можно ожидать мятежа, если не принять против этого мер. Король спросил его имя и из какого он рода, но Тристрам молчал, и король не получил от него ни слова. Затем король пожелал, чтобы Тристрам служил ему, но не добился от него этого. Тут король обратился к своим людям, как поступить.
Тогда советник короля сказал:
— У меня есть хороший совет, — сказал он. — Вам следует продать его в рабство какому-нибудь негодяю.
Король сказал, что это очень мудрая задумка, — «так и следует поступить».
Когда король нашел разбойника, которого считал худшим из всех, он предложил Тристрама на продажу:
— И он, — сказал король, — будет лучшим рабом.
Разбойники купили Тристрама за такую высокую плату, что людям едва ли был известен пример, чтобы за человека платили такую сумму. Потом они спросили его имя и из какого он рода, но, хотя и купили его за высокую цену, как и король, не получили от него ни слова. Ярость разбойников от того, что они не могут поработить такого маленького мальчика, сильно возросла. Они испробовали с ним многое: иногда били его кулаками или кнутом, иногда палками, но так и не получили от него никакой пользы, ни на грош. Тогда они обрили ему голову наголо, после чего они обмазали его голову смолой. Но он ничуть не изменился, разве что это сделало его упрямее.
Однажды, когда они плыли при попутном ветре недалеко от Англии, один из них взял слово и сказал:
— Зачем нам держать этого дьявола, который не приносит нам ничего, кроме зла? Мой совет, — сказал он, — выбросить его за борт и вознаградить его за его упрямство.
Тогда взял слово другой:
— Это, — сказал он, — худший замысел — убить мальчика, и я вижу другое решение, хотя нам придется жестоко расстаться с ним. Я вижу, — сказал он, — большой скалистый риф, и мне кажется разумнее оставить его там, чтобы не совершить прямого убийства.
Тогда они доложили об этом своему предводителю. Он предложил, что им следует высадить его на риф, так и было сделано. А это находилось так далеко от берега, что мало кто мог доплыть до него за один раз, даже если бы рядом был корабль. А поскольку он считал, что обречен на смерть, если останется на рифе, он бросился плыть и достиг берега в один прием, не отдыхая наплаву. После этого он отжал потрепанную одежду, которая была на нем. «Но я думаю, — сказал тот, кто составил эту сагу, — что разбойники так жестоко с ним обошлись, что ему не составило труда отжать волосы, ведь у него их совсем не осталось».
Затем Тристрам направился в лес, там он встретил пастуха короля Мородда. Тристрам спросил его имя, откуда он пришел и кто правит этой страной. А тот назвал ему свое имя:
— Ты попал в Англию, нашего короля зовут Мородд.
Некоторое время они разговаривали, пока пастух не собрался идти дальше, и он расстался с Тристрамом.
Затем Тристрам направился во дворец, и как только он вошел, предстал перед королем Мороддом и приветствовал его с великим мастерством и учтивостью. Мородд посмотрел на него и переменился в лице, ибо ему показалось, что он узнал в нем черты своей сестры Блензибли. Но позже Мородд сказал, что не открылся Тристраму, поскольку тот был в таком жалком одеянии. Король Мородд спросил его имя и чей он сын.
— Меня зовут Тристрам, — сказал он, — сын Калеграса, а Блензибли зовут мою мать, — сказал он, — и мне сказали, господин, что она была вашей сестрой.
Но когда король Мородд услышал это, он встал ему навстречу и поцеловал его. Затем король Мородд посадил Тристрама на почетное место рядом с собой. Затем король Мородд спросил, как прошло его путешествие, — «или как ты попал сюда, в эту землю?»
Тогда Тристрам рассказал королю все о своем путешествии. Король Мородд и многие другие друзья его матери очень жалели его. Потом король Мородд повелел искупать его и принес ему дорогую одежду. Король так любил Тристрама, что не мог бы относиться к нему лучше, даже если бы тот был его собственным сыном.
Тристрам имел привычки, как и прежде: он собрал вокруг себя юношей, которые были ему равны. Днем они отправлялись в лес и упражнялись в различных искусствах: стрельбе, плавании, рыцарских поединках и всевозможных умениях, которые украшают могущественных правителей. И хотя Тристрам долгое время терпел трудности и невзгоды, он не утратил свои знания и учтивость, которым его обучил его воспитатель Биринг. Вышло так, что среди его сверстников не нашлось никого, кто мог бы сравниться с ним в каком-то из искусств.
Как уже говорилось ранее, король Мородд очень любил турниры. Он часто развлекался тем, что его рыцари упражнялись в этом роде искусств, но ни в его чертогах, ни во всей Англии не было никого, кто мог бы удержаться в седле против короля Мородда.
Тристрам, сын Калеграса, вырос в великой почете и уважении сначала от самого короля и всей знати, а затем и от всего остального народа. Теперь у Тристрама среди юношей не было соперников в искусствах. Тогда он попробовал состязаться с королевскими рыцарями, сначала с теми, кто был самыми легкими, но вышло так, что в чертогах короля Мородда не осталось ни одного рыцаря, способного ему противостоять. И хотя он во всем превосходил их, они не завидовали ему, напротив, все радовались его удаче, ибо он одаривал их золотом и драгоценностями.
В один прекрасный день король Мородд завел с Тристрамом разговор:
— Теперь я хочу испытать, родич, — сказал он, — такой ли ты хороший рыцарь, как о том много говорят, или в этом больше лести, чем правды. Я посчитаю правдивым, — сказал король, — что ты будешь непобедим везде, где встретишь лучших воинов, если быстро выбьешь меня из седла.
— Государь, — сказал Тристрам, — это несправедливо, ибо вы — лучший рыцарь, равного которому не найти во всей Англии, и даже если искать за ее пределами. Но по той причине, государь, что я знаю ваше доброе отношение ко мне, я надеюсь, что вы предпочтете обучить меня искусствам, а не насмехаться надо мной, хотя вам и кажется забавой сбросить такого простака, как я, ибо вы знаете, что я еще ребенок и не испытывал свои силы в серьезном деле. Хотя ваши рыцари и состязались со мной, я знаю, что они могли бы сделать со мной все, что хотели. А если они говорили вам, государь, что я выбивал их из седла, то делали это потому, что хотели, чтобы вы полюбили их еще больше.
Затем король Мородд приготовил своего коня и [коня] Тристрама тоже, и, чтобы не было никакой разницы, король дал ему не худшего коня и доспехи, чем у него самого. А когда они были полностью готовы, каждый сел на своего коня, и им дали крепкие турнирные копья. У них были железные наконечники, чтобы они могли прочно вонзаться в щиты. Теперь они устремились друг на друга, и можно было видеть невероятную ловкость, которую они показывали на лошадях весь день, но все же ни один из них не выбил другого из седла. Однако все видели, что у Тристрама были все возможности бы сбросить короля наземь, но Тристрам не давал этому подтвердиться, почитая за честь, чтобы все, что принадлежало королю, было наилучшим.
Так сказывают о Тристраме, сыне Калеграса: он был высокого роста, широкоплечий, узкий в талии, с мощными предплечьями, широкой грудью, крепкими и сильными мышцами рук вплоть до плеч, но тонкими в запястьях, и все же пропорциональными, с красивыми и не слишком маленькими кистями, крепкими и твердыми на ощупь бедрами, длинными до колен, с удивительно сильными икрами и необычайно красивыми ступнями. Говорят, что Тристрам расстался с лысиной и приобрел лучшее, ибо теперь у него были густые волосы, на вид прекрасные, как золото, и такой длины, как подобает. Он был зорким, брови были того же цвета, что и волосы, а лицо правильной длины. Лицо его было белым, как лилия, но щеки алели, как роза. Он был весел и приветлив со всеми своими людьми, но суров с ворами и злодеями. Он был щедр и очень великодушен, так что не скупился на деньги ни для кого. Он овладел всеми искусствами, которыми, как он слышал, славились самые знаменитые люди в мире. Теперь следует поскорее сказать о его умении, учтивости и всевозможных талантах, так что во всем свете не нашлось бы человека, равного ему, и не сыскалось бы мудреца, который мог бы счесть себя выше Тристрама в чем-либо.
В это время под видом нищего в Англию прибыл Биринг. Тристрам был рад ему, ибо считал, что его воспитатель вернулся с того света, и Биринг думал то же о Тристраме. Тристрам дал Бирингу прекрасную одежду и много денег, и поставил его наравне с собой. Для него Тристрам был превосходным советником, ибо был необычайно мудр.
В то время в Ирландии правил король по имени Энгрес. Его мать звали Флурент, а сестру — Исодд Прекрасная. Она была красивее любой другой женщины: она была настолько прекрасна, что люди не видели в ней изъяна, и если кто-то и осмеливался так сказать, то люди верили, что лучи сияли в ее глазах и лице. Ее волосы были настолько густыми, что она могла обернуться ими, когда распускала их из золотых повязок, и волосы ее были прекраснее золота так же, как золото красивее железа. Она была мудра и всеми любима, щедра и очень великодушна. Она обладала таким искусством: она была лучшим врачом, чем любая другая женщина, о которой люди слышали в то время.
При королевском дворе был один человек, его звали Кей Учтивый. Он был дорог королю, однако часто давал советы, которые большинство считало плохими, и все же он был очень влиятелен, потому что король высоко ценил его, даже если дела заканчивались плохо.
Король Энгрес был разбойником и самым бесстрашным из людей. Он грабил Англию и имел непобедимую армию. Флурент, его мать, и Исодд Прекрасная были с войском. Об этом узнал король Мородд. Затем он рассказал Тристраму, в каком затруднении он оказался.
Тристрам ответил:
— Государь, я пойду против короля Энгреса, ибо верю, что смогу испытать себя, умею ли я сражаться мечом или защищаться щитом и узнать, смогу ли увидеть моих и ваших врагов ранеными копьем.
Затем Тристрам призвал к оружию и собрал большое войско. Король Энгрес шел со щитом войны по всей стране, сжигая и опустошая все, куда бы он ни направлялся, пока не встретился с Тристрамом.
Теперь обе стороны выстроились, и у короля Энгреса было гораздо больше войск. Тристрам подбадривал своих людей, призывая их проявить себя, и говорил, что, если они победят, денег в недостатке не будет.
— Потому что, если мы падем, — сказал он, — то лучше будет, если о нас потом скажут, что мы оказались храбры.
И вот войска сошлись вместе, и завязалась ожесточенная битва. Король Энгрес храбро следовал за своим знаменем и сражался с величайшим рвением, ибо он был выдающимся воином и смелым во всех испытаниях. А о Тристраме говорят, что он прорвался сквозь строй короля Энгреса и убивал его людей с обеих сторон, и никто не мог разглядеть ни его, ни его коня, ибо они оба были словно залиты кровью. Они сражались весь день, но вечером договорились о перемирии, и раны воинов были перевязаны. Тристрам понес большие потери, и он был этим весьма раздосадован.
Наутро, едва стало достаточно светло для боя, обе армии снова вооружились, и битва разгорелась еще яростнее, чем накануне. Не было недостатка в мощных ударах и сильном и долгом граде из стрел. Там можно было видеть летящие пики, острые копья и ранящие дротики. Король Энгрес умело и мужественно вступил в битву, словно обладал множеством жизней, и причинил Тристраму столько вреда, что сразил всех, кого настигло его копье. И когда Тристрам сидел на прекрасном коне в позолоченном шлеме, с расписным щитом и острым мечом, но твердым разумом и мужественным сердцем, он увидел, как падают его люди, и это его разгневало. Затем он повернул коня туда, где увидел, как король Энгрес убивает его людей, словно тот вошел в лес и рубит каждое дерево на своем пути.
В великой ярости Тристрам поехал вперед. Он столкнулся с знаменосцем короля, направил на него копье и пронзил его. Затем Тристрам сбросил мертвеца с наконечника копья и срубил знамя. После этого Тристрам устремился на короля Энгреса. Тристрам направил на него копье, и оно попало в щит, скользнуло по щиту и прошло мимо короля, но король не попал в Тристрама. Затем они сошлись во второй раз, и Тристрам снова нацелился в короля и ударил по щиту, копье скользнуло по щиту и вонзилось в грудь короля, проделало там отверстие и вышло из-под лопатки, а копье короля скользнуло по щиту Тристрама, и тот не был ранен, при этом наконечник копья соскочил с древка. Затем они сошлись в третий раз, и король Энгрес нанес удар Тристраму и расколол шлем, а Тристрам был тяжело ранен в голову, и от королевского меча откололся кусок, который, отломившись, застрял в голове Тристрама, и было ясно, что он не выйдет оттуда, пока Всемогущий Бог не пошлет ему лекаря, который был бы лучшим во всем мире. В ответ Тристрам нанес удар короля, попал в правое плечо, отрубил руку и весь бок вплоть до бедра, и король упал мертвым со своего коня. Тогда люди Тристрама издали победный крик, а войско короля Энгреса обратилось в бегство. Тристрам и его люди преследовали бегущих так яростно, что убивали каждого человека, которого могли настичь. После этого они повернули домой.
Король Мородд был очень доволен Тристрамом. Его рана ухудшилась, вероятно, из-за того, что железо застряло у него в голове, поскольку не было лекаря, который удалил бы его. Тристрам ослабел и был близок к смерти, всем казалось, ему суждено умереть. Тогда Тристрам попросил короля Мородда дать ему корабль и людей. Король спросил, чего он хочет.
— Я хочу, — сказал он, — отплыть отсюда и получить хороший корабль с шестьюдесятью людьми. Они должны быть подобраны так, чтобы некоторые были братьями, названными братьями или родственниками, но все должны быть связаны узами родства.
Король тотчас разрешил это, и корабль и люди были подготовлены, как и просил Тристрам. И когда он был готов, он и его люди отправились на корабль. Они подняли паруса и тут же вышли в море. Им дул попутный ветер, пока они почти не достигли Ирландии. Тогда Тристрам позвал одного из своих спутников и сказал ему:
— Знай, — сказал он, — что на корабле есть человек, который желает тебе зла.
Тот спросил, кто это.
Тристрам назвал имя человека, который показался ему таким.
— Я уверен, сказал Тристрам, — что он желает твоей смерти, и я говорю тебе об этом, поскольку он мне менее дорог, чем ты, и замышляет плохое, и советую тебе не терпеть от него бесчестия и убить его.
Теперь он уверился, что не может сомневаться в том, что все произойдет так, как сказал Тристрам. Он искал удобного случая, и как только счел его наиболее подходящим, он нанес удар тому, о ком говорил Тристран, и разрубил его по плечи. Это увидел его [убитого] названный брат, который хотел отомстить за своего товарища. Затем каждый поднялся на другого, и случилось так, что там завязалась битва, и все пали, кроме Тристрама, но к тем, кто по его мнению надеялся выжить, он подкрался и убил их всех, так что остался в живых один. Но поскольку ему была дарована более долгая жизнь, и поскольку ветер дул в сторону суши, корабль причалил неподалеку от того места, где пребывала королева Флурент.
Был при королеве человек по имени Колль; он занимался тем, для чего был рожден, и не знал ни никого из своих сородичей, кто занимался бы чем-то другим: он пас свиней и был несвободным рабом; а свинарник располагался так, что находился у моря. Королева Флурент распорядилась так, что Колль должен был первым делом сообщать ей, если он увидит что-нибудь новое.
Тем утром, как Тристрам прибыл в Ирландию ночью, случилось так, что раб Колль отправился к морю; он увидел, что к земле пристал корабль. Это показалось ему событием, поскольку там не было гавани, и корабль был накренен бортом. Он не увидел ни палатки на берегу, ни людей на корабле. Он решил отправиться туда, где корабль выбросило на берег. Он окликнул корабль и спросил, есть ли кто-нибудь на борту; ответа он не получил. Тогда он поднялся на корабль. Там он увидел человеческие тела, разбросанные по всему кораблю. Но как только он увидел это, он бросился бежать, посчитав, что для его ног будет наилучшим убраться оттуда. Он не прекращал бежать, пока не добрался до королевы Флурент; он рассказал ей о том, что видел. Она велела ему раздобыть тягловую лошадь и положить в повозку одежду. Он сделал, как она говорила. Затем она и ее дочь, Исодд Прекрасная, сели в повозку. Колль повел лошадь к тому месту, где стоял корабль. Затем они вышли из повозки и поднялись на борт. Королева спросила, есть ли на корабле кто-нибудь живой, кто мог бы ей ответить.
Тристрам ответил: «Сомневаюсь».
Она спросила его имя, и он ответил так, как счел нужным. Она спросила, можно ли его исцелить. Он сказал, что, безусловно, верит в это. Она попросила Исодд Прекрасную исцелить его. После этого они перенесли его в повозку и отвезли в покои, принадлежавшие Исодд Прекрасной.
После этого она омыла его и осмотрела раны. У него в голове она нашла кусок железа. Она вытащила его и подошла к своему сундуку. Она взяла меч, который был у короля Энгреса, когда тот пал от руки Тристрана. Затем она приложила кусок железа к щербине на мече.
Теперь, благодаря своей мудрости, она поняла, что они подходят друг к другу: кусок железа, который она извлекла из головы Тристрама, и щербина на мече. Тогда она пришла в полную ярость и выхватила меч, намереваясь отомстить за своего брата, хотя была скорее женщиной, чем мужчиной. И когда она взмахнула мечом, королева Флурент схватила все вместе — руки Исодд и рукоять меча — и остановила ее удар. Королева Флурент умоляла ее исцелить Тристрама, но не причинять ему вреда, и ее мольбы успокоили ее гнев. Затем она очистила рану и удалила то, что омертвело. Затем она нанесла мазь и целебный бальзам. Тогда ему показалось, что жжение в ране сразу исчезло. Она приготовила для него удобную постель. После этого он заснул. Теперь рана начала быстро заживать.
Она спросила Тристрама, как прошли его странствия, и он рассказал ей обо всех происшествиях на его пути, начиная с того, как он покинул дом, и до прибытия в Ирландию.
Она сказала:
— Ты причинил большой вред королю Мородду, своему сородичу, позволив его людям перебить друг друга, да и сам убил некоторых, и все же остался полумертвым.
— Нет, госпожа, — сказал он, — их всех выбрали так, чтобы урон был бы наименьшим, даже если бы никто не вернулся.
На этом они на время закончили разговор. Она исцелила его, и он полностью поправился. Ей очень нравились его красота и умения, и хотя он убил ее брата и причинил ей много другого вреда, она все же предпочитала Тристрама всем остальным, о ком она слышала.
Говорят, что в Ирландии на горе, называемой Сукстия, жил огромный дракон; он был великим разбойником, опасным как для людей, так и для скота. Король Энгрес дал клятву, что выдаст свою сестру, Исодд Прекрасную, в жены тому, кто сможет управиться с этим разбойником. Королева Флурент предупредила, чтобы никто не осмелился рассказывать Тристраму о змее, поскольку Тристрам был настолько охоч до опасностей, ей не казалось невозможным то, что он рискнет жизнью и попытается убить змея. Тристрам заметил, что каждый вечер скот запирают в загоне.
При дворе жил человек по имени Дис, он был придворным королевы Флурент. Однажды, когда Тристрам и Дис были снаружи, Тристрам спросил, почему происходит, что скот запирают сразу по окончанию дня.
— Я также знаю, — сказал он, — что люди стараются не выходить на улицу сразу после наступления вечера.
Дис ответил:
— Нам не позволено говорить вам о причине этого.
— Кто же запретил это? — спросил Тристрам.
Дис ответил:
— Королева Флурент.
Тристрам попросил его рассказать.
Дис так и сделал, рассказав Тристраму о драконе.
Но в ту же ночь Тристрам встал и взял коня. Он надел на голову шлем, опоясал себя мечом, повесил на бок щит и взял в руку копье. Затем он поскакал туда, где, как сказал Дису, жил дракон в пещере. Тристрам ждал внизу перед пещерой, пока дракон не выйдет напиться, затем он слез с коня. Он поставил коня между собой и пещерой. И в то время, как дракон хотел вылететь из пещеры, Тристрам вонзил копье ему в плечо, так что оно застряло у него в сердце. И, получив удар, он упал в овраг, который был перед пещерой, а конь Тристрама оказался под ним. И если бы он сидел на спине коня, он бы никогда больше не увидел солнца, и, скорее всего, не остался бы в живых. Затем дракон издох, потому что копье осталось в ране. Змей так крепко вцепился когтями в лошадь, что они прошли между ребрами. Затем Тристрам вырезал язык змея и положил его в свою котомку. После этого он вернулся во дворец и лег спать, делая вид, что ничего не произошло. Он проспал всю ночь, но утром, когда проснулся, яд вытек из котомки ему на бедро.
Кей Учтивый узнал, что Тристран покончил с драконом. Он подошёл к змею и отрезал кусок языка. Затем он вернулся и сказал, что убил змея. Королева Флурент назвала это ложью. Она увидела, что Тристрам бледен и мало пьет. Тогда она спросила, что с ним не так. Но к тому времени зашло так далеко, что он не мог больше это скрывать. Тогда Тристрам рассказал ей, что произошло. Она тут же отправилась искать Исодд и попросила ее исцелить Тристрама. Она так и сделала, и ей пришлось вырезать все, куда попал яд. Она не остановилась, пока Тристрам не исцелился во второй раз. Флурент приказал схватить Кея Учтивого и повесить его на самом высоком дереве.
Тристрам ответил:
— Нет, госпожа, — сказал он, — это неправильно, ведь он долго служил вам. Поступите иначе: отправьте его прочь из Ирландии, чтобы он никогда не возвращался, пока вы правите страной.
Флурент приняла этот совет. Тогда Кей уехал и больше не возвращался, как и повелела королева. Королева Флурент предложила Тристраму руку Исодд за его великий подвиг — убийство змея.
Тристрам ответил:
— Я не хочу этого, — сказал он, — ибо знаю человека, достойного её; это слишком низко для неё.
Она спросила, кто это.
Тристрам ответил:
— Король Мородд, мой родич, — сказал он.
Королева ответила:
— Моей дочери не нужен никто лучше тебя, — сказала она.
Но королеве по этому поводу больше ничего добиться не удалось.
Затем Тристрам попросил у королевы Флурент корабль и людей: «и я хочу отправиться обратно в Англию, чтобы разыскать короля Мородда, моего родича».
Она исполнила все то, о чем Тристрам просил; она дала ему шестьдесят человек; все они были хорошо вооружены и одеты; корабль тоже был хорош, и все снаряжение было наилучшим. Королева Флурент подарила Тристраму много денег, золота и серебра, а также множество прекрасных драгоценностей, достойных его великого подвига — убийства змея.
А когда Тристрам был готов, они вышли в море, и попутный ветер сопутствовал им, пока они не прибыли в Англию. А когда король Мородд узнал о прибытии своего родича Тристрама, он повелел подготовить повозки для его встречи. Король сам сел в повозку и приказал отвезти себя к морю. А когда они, родичи, встретились, Мородд был так рад, что не смог сдержать слез и подумал, что Тристрам вернулся из ада во второй раз. Затем король Мородд устроил великолепный пир, так обрадовавшись своему родичу Тристраму. Потом король Мородд спросил Тристрама, где тот побывал. Тристрам рассказал ему все о своем путешествии: где он побывал, и кто его исцелил.
— И я, господин, — сказал он, — убил змея, за что королева Флурент предложила мне в жены свою дочь, Исодд Прекрасную, но я, господин, вернусь и попрошу ее руки для тебя.
Король Мородд был очень доволен этим.
После этого король Мородд велел подготовить путешествие Тристрама. У него было три корабля, все отлично оборудованные, и достойная команда. Сам король и многие другие знатные люди сопровождали Тристрама до корабля. Затем они попрощались друг с другом с величайшей привязанностью. Затем, как только подул попутный ветер, Тристрам отплыл. Им сопутствовала удача, пока он не прибыл в Ирландию. И когда королева Флурент узнала об этом, она тотчас послала навстречу ему и пригласила его и всю его свиту на пир. Узнав об этом, Тристрам отправился во дворец с половиной своей команды, а другую половину оставил охранять корабли. А когда он прибыл во дворец, королева Флурент встретила его с распростертыми объятиями и посадила на почетное место. Но когда он провел там три ночи, он изложил свое послание обеим женщинам [матери и дочери]. Тристраму это далось легко, поскольку они склонялись к его совету, однако Исодд добавила, что не было бы невозможным, что он ей понравится, если сам попросит ее руки. Но он хотел этого не больше, чем прежде. Затем случилось так, что эту женщину пообещали выдать замуж за короля Мородда, и Тристрам должен был забрать ее с собой в Англию.
Брингвен — так звали приемную мать Исодд; она была дочерью ярла Кузена. Она поехала с ней в Англию. Флурент дала Брингвен рог для питья и попросила ее передать его королю Мородду и прекрасной Исодд, когда они отправятся в его постель.
Но когда подул попутный ветер, они отплыли в море. В один прекрасный день, когда они плыли, Исодд попросила Брингвен дать ей пить. Она взяла тот рог, который Флурент дала ей перед отъездом из Ирландии. Она выпила из рога, а затем дала его Тристраму; он выпил до дна. Но когда они напились, их путешествие начало замедливаться, ибо они испытали такую сильную любовь друг к другу, что они почти не обращали внимания на свою поездку. Теперь их путешествие затянулось, поскольку они долгое время провели в одной гавани. Говорят, что они путешествовали три месяца, прежде чем прибыли в Англию. Но когда они прибыли на берег, Тристрам велел своим людям утаить от короля Мородда эту поездку. Они сказали, что так и сделают.
Но когда король Мородд услышал о приезде Тристрама, он приказал оседлать множество коней; и так и было сделано. Король Мородд тепло приветствовал Тристрама и Исодд Прекрасную. Все высоко оценили ее красоту, ибо она была самой прекрасной женщиной из всех когда-либо рожденных. Король Мородд предложил Тристраму взять Исодд в жены и сказал, что из-за возраста это было бы удачным:
— А я от души дарую тебе эту женщину и королевство.
Тристрам ответил:
— Нет, государь, — сказал он, — я не хочу быть королем, пока это возможно для тебя.
— Но клянусь, — говорит тот, кто сложил сагу, — что я предпочёл бы Исодд всему золоту мира.
Вскоре после этого король приказал приготовить великолепный пир. Он распорядился, что никто не должен прийти без приглашения. Но когда пришло время, что они, король Мородд и Исодд Прекрасная, должны были отправиться в одну постель, она задумала хитрость против короля, ибо знала, что обошлась с королем с недостаточной порядочностью. Она решила, что Брингвен, ее приемная мать, проведет три ночи с королем, но она и Тристрам разделят одну постель. Хотя король был умен, он не заметил этой хитрости. А когда пир закончился, король одарил каждого щедрыми подарками. Тристран также раздал много денег. Затем люди разошлись по домам и поблагодарил короля за великолепный пир и подобающие подарки.
Но сразу после пира Исодд сказала двум слугам:
— Отведите Брингвен в лес, а затем сожгите ее на костре.
Они так и сделали, пошли с Брингвен в лес и разожгли огонь. Но прежде чем бросить ее на костер, они спросили ее, что же она такого сделала, что Исодд обрекла ее на столь жестокую смерть.
Она ответила:
— Она бы этого не сделала, если бы я не дала веского повода. Но все же я думаю, что, когда мы прибыли в страну, у меня была чистая сорочка, а у нее — грязная.
Слуги ответили:
— Это малая причина для такого сурового наказания, но тем не менее, это придется сделать, хотя это и ужаснейшее дело.
Но когда они уже собирались бросить её в огонь, королева Исодд вышла из леса и велела им не совершать этого великого злодеяния. Они обрадовались этому.
Королева Исодд сделала это, поскольку хотела узнать, верна ли ей Брингвен, как она полагала, но она не желала причинить ей больше вреда, чем себе самой.
Король Мородд, королева Исодд и Тристрам спали в одних покоях. Король очень любил королеву Исодд, и люди не могли не заметить, что она тоже очень любит его.
Однажды Хери Разумный пришел поговорить с королем Мороддом и рассказал ему, что Тристрам по ночам ходит в постель к королеве Исодд.
— И вы должны знать это, государь, — сказал он, — что Исодд во всем стремится к нему больше, чем к вам.
— Нет, — сказал король, — этому нет никаких доказательств, и они делают все это из любви ко мне, но они не совершат ничего плохого.
Хери ответил:
— Государь, — сказал он, — вы должны испытать их.
— Как? — сказал он.
Хери ответил:
— Я рассыплю пшеницу по всему полу покоев, и тогда его следы будут видны, если он пойдет к ее постели.
Король велел ему так и сделать.
Король Мородд был глубоко верующим; он каждый вечер ходил в церковь и молился Богу.
Хери устроил испытание, рассыпав пшеницу по полу между кроватями. А утром Хери попросил короля пойти и проверить, не ошибся ли он в своих словах. Король пошел и увидел следы Тристрама на пшенице.
Тогда король сказал:
— Я думаю, он не делает ничего плохого, хотя и идет к ней в постель; скорее, он хочет ее развлечь, — сказал король, — пока меня нет рядом.
Все же с тех пор король велел Тристраму спать в других покоях. Покои были расположены так, что застекленные окна были обращены друг на друга. Тогда Тристрам протянул веревку между своей комнатой и комнатой, где спали король и королева. Затем по ночам Тристрам спускался по веревке и так отправлялся в постель королевы Исодд. Это продолжалось некоторое время, пока Хери не рассказал королю, как обстоят дела. Король сказал, что ничего не значит.
Однажды ночью, когда король шел в церковь, Тристрам вскочил на край кровати, поранил руку, и у него пошла кровь. Королева Исодд воткнула себе в руку свои ножницы. Затем она смешала кровь, чтобы король не узнал, что это мужская кровь. Но утром король спросил, откуда там кровь.
— Потому что, господин, — сказала она, —ночью я поранилась ножницами, когда вставала с постели.
Хери ответил:
— Да, госпожа, это, конечно, ваша кровь; однако она смешана с мужской кровью.
Король сказал, что это не так. И хотя он возражал, он знал, что это правда.
Однажды случилось так, что королева Исодд отправилась в рощу со своим бельем. Тристрам тоже пошел вместе с ней. Там, где она должна была стирать белье, был прекрасный колодец. Они увидели, что на колодец падает тень. Они заметили, что на ветвях над ними сидит король Мородд.
Тогда Тристрам сказал:
— Мы должны отомстить тому, кто клевещет на нас перед королем Мороддом, моем родиче.
Она ответила:
— Удивляюсь, что ты не убьешь этого злодея, который хочет оклеветать нас перед таким добрым человеком.
— Нет, — сказал он, — знает Бог, я буду терпеть его ради моего родича.
Таковыми и подобными им были их речи. Король все еще сомневался, поскольку всегда горячо любил Тристрама, своего родича.
Однажды ночью, когда король вернулся из церкви, он застал Тристрама в постели королевы Исодд. Теперь король, казалось, едва мог скрыть от себя, что дела были не так уж хороши. Тогда король приказал отвести их в пещеру.
Там королева Исодд сказала:
— Что нам еще делать, кроме как наслаждаться в пещере?
— Нет, — сказал Тристрам, — каждый из нас должен отправиться в свою сторону пещеры.
Так они и сделали.
Король Мородд находился снаружи пещеры и хотел знать, о чем они говорят.
Тристрам спросил:
— Госпожа, вы не спите? — спросил он.
— До сих пор я спала, — сказала она, — но теперь проснулась.
Он спросил:
— Как, ты полагаешь, обстоят наши дела теперь?
— Хорошо, — сказала она, — ибо мне кажется благом умереть из-за неправедной причины.
Тристрам ответил:
— Мне кажется благом умереть, но я считаю плохим то, что король Мородд, мой родич, поступает так безрассудно, что обвиняет нас. Но если даже мы оба умрем здесь, то я молю Всемогущего Бога, чтобы Он в Свою честь по Своей милости и благодати простил его, так же как я прощаю его ради Бога, поскольку он делает это скорее по наущению скверных людей, нежели потому, что считает нас заслуживающими смерти.
Говорят, что они неделю провели в пещере без еды. Затем король Мородд вошел в пещеру и обнаружил их спящими, каждого — на своем месте, и королю показалось, что он понял, что это была ложь. Король велел им вернуться с ним в чертог. Он по-прежнему хорошо к ним относился.
Фульс — так звали царя; он воевал против Англии. У него была огромная армия, и он был язычником, подобным псу. Король Мородд созвал большое войско. Затем Тристрам выступил против короля Фульса. И когда они встретились, разразилась битва. Тотчас началось ожесточенное сражение. Они сражались весь день до ночи. К тому времени большая часть людей Тристрама пала. Тогда положение показалось ему безнадежным. Тогда он принял решение, что поклянется в победе самому Богу, отказавшись от утехи с королевой Исодд. Но на следующее утро, когда стало достаточно светло для боя, они возобновили сражение, и тогда Тристрам храбро и доблестно бросился вперед. Он разил язычников с обеих сторон, и это было подобно тому, как сильный человек приходит в густой лес и срубает все деревья, которые стоят у него на пути.
Тогда язычники сказали:
— Это дьявол, а не человек, который причиняет нам столько вреда. Да разгневается на него святой Маумет и смирит его гордыню. И да ведает Макон, — сказали они, — он бьет гораздо сильнее, чем любой другой человек, с кем мы сражались.
Тристрам услышал их слова и ответил:
— Да, да, — сказал он, — я делаю все это ради госпожи.
И эти слова побуждали его продвигаться вперед, так что он встречал ни одного смельчака, который не упал бы один на другого.
Тогда царь Фульс громко взревел:
— Помоги мне, Макон, — сказал он, — чтобы я мог убить этого дьявола, как только доберусь до него, и я принесу его мертвым к тебе на острие моего копья.
Тристрам услышал это и, не желая проявлять трусости, поскакал с большим рвением, пока не встретил царя Фульса. Затем они напали друг на друга, и меч короля ударил по щиту Тристрама поперек, но удар не вышел. Тогда Тристрам ответил ударом по шлему с такой великой силой, что расколол его тело до самого седла, хотя на нём были две кольчуги и крепчайшая броня. Затем тело короля Фульса упало по обе стороны коня, но его душа отправилась в ад. Теперь язычники увидели падение своего предводителя. Тут же войско обратилось в бегство. Тристрам преследовал бегущих семь дней и не останавливался, не перебил их всех до единого. А когда Тристрам вернулся, король Мородд поблагодарил его за поход, и это сделало его чрезвычайно знаменитым.
После этого король Мородд попросил королеву Исодд очистить себя [от обвинения]. Она сказала, что это в его власти: «но я все же хотела бы сначала увидеть Тристрама».
— Нет, — сказал король, — этого не будет, чтобы вы не замышляли никакого обмана.
Однако случилось так, что они встретились на одной из улиц, прежде чем они отправились на испытание. Епископа Валланда, проводившего испытание, звали Хильдифонсом. Но однажды, когда они ехали, перед ними оказалась большая канава, и конь королевы Исодд упал в нее. Тогда туда подошел нищий и вытащил ее на край, и так случилось, что она переступила через него. И когда она добралась до Валланда, они нашли епископа, и она заявила о своей невиновности, поскольку кроме ее мужа к ней приближался только этот нищий, который вытащил ее из канавы. И после этой речи епископ испытал ее, и она была признана совершенно невиновной. После этого король Мородд вернулся домой.
Теперь Тристрам собрался в путешествие из Англии в Испанию. Там на престол сел король по имени Бенидс вместе с двумя ярлами: одного звали Сигурд, а другого — Хрингр. Они собрали войско против Тристрама. Он сражался с ними, и это была самая ожесточенная и недолгая битва, пока король Бенидс не пал, а ярлы уступили земли Тристраму и предложили ему свою сестру [в жены]. Ее звали Исодд Черная, и этот выбор считался лучшим во всей Испании. Затем Тристрам устроил великолепный пир и пригласил всех знатных людей, которые были в стране. Тогда Тристрам женился на ней, и ему был дарован титул короля всей Испании. А когда пир закончился, король Тристрам одарил всех щедрыми подарками в соответствии с их положением. Затем все разошлись по домам, думая, что теперь обрели хорошего правителя.
Говорят, что Тристрам все еще думает об Исодд Прекрасной, а Исодд Черная, кажется, не может завоевать его любовь. Однажды их пригласили на пир знатного человека. И когда они уходили, пошел сильный дождь, и Исодд Черная сказала, что дождь не менее странный, чем ее муж. Но когда они провели вмести три года, Исодд Чёрная родила мальчика. Его крестили, и мальчика назвали Калеграсом. Он очень рано вырос высоким и красивым, похожим на своего отца.
Императора, который правил Саксонией, звали Донисом. Он был могущественным и прославленным правителем, но с ним воевал король по имени Амилий. Тогда император послал людей в Испанию и попросил Тристрама о помощи. Тристрам благосклонно принял послание и тотчас отправился навстречу императору с большим войском. Тристрам предложил императору выступить против короля Амилия со своим войском в одиночку. Тот с благодарностью принял это. Затем Тристрам двинулся навстречу королю. И когда они встретились, у Тристрама было гораздо меньше войск. Тогда он предложил ему [королю] поединок:
— И пусть получит успех и победу тот, кому позволит Бог.
— Я охотно соглашусь, – сказал король, – и надеюсь, что, когда мы расстанемся, ты очень пожалеешь об этом, иначе на сны нельзя полагаться.
— Было бы лучше, – сказал Тристрам, — чтобы ты не верил в свои сны, и только потом, когда мы расстанемся, ты будешь хвастаться.
Затем они отправились на холм, и Тристрам зачитал правила поединка на холме. Теперь первым наносить удар должен был король Амилий, поскольку на поединок вызвали его. Тогда король Амилий нанес удар по Тристраму, и меч обрушился сверху на щит, расколов его со стороны ремня, и застрял в земле. Тристрам, как он хотел, позаботился о том, чтобы король больше не мог ударить его, и это ему удалось. Затем Тристран ударил короля, попав по шлему, меч скользнул вниз от уха до плеча и рассек его с левой стороны так, что он застрял в бедре. Теперь Тристрам, как обычно, мог праздновать победу. Но когда люди короля увидели его падение, они бежали в поля и леса. Тристрам преследовал бегущих некоторое время и убил многих людей. Затем он вернулся к императору и рассказал ему о случившемся. Он горячо поблагодарил Тристрама за его успех и за великий подвиг, который тот совершил ради него. Но прежде чем Тристрам покинул Саксонию, император Донис преподнес ему, как и подобало, щедрые подарки.
После этого Тристрам вернулся в Испанию с большим почетом. Затем Тристрам некоторое время жил дома в Испании, пользуясь уважением и великой славой. Ему всегда доставляло удовольствие ездить в лес на охоту на зверей и птиц, ведь он был очень хорошим лучником и освоил все навыки, которыми он считал лучше владеть, нежели не иметь.
Однажды, когда Тристрам отправился на охоту, вооружившись так, что у него был меч и шлем, щит и копье в руке, он встретил в лесу человека, который назвался Тристрамом. Тогда король Тристрам спросил:
— Откуда ты?
Чужеземец Тристрам ответил:
— Я из Якобсланда, — сказал он, — и пришел, чтобы встретить тебя, поскольку мы много слышали о твоей доблести, и я думаю, что мне очень нужна твоя помощь, ибо семь братьев изгнали меня из моего царства; одного зовут Аяд, второго — Альбад, третьего — Дормадат. Все они очень храбрые люди, так что во всем царстве почти нет таких, как они, и твоя помощь показалась мне очень полезной, если бы ты сражался против троих, а я — против четверых.
Тогда король Тристрам разгневался и сказал, что тот не может сравниться с ним.
— И Бог знает, — сказал он, — что мне лучше сражаться против пятерых, а тебе против двоих. Чужеземец Тристрам пожелал, чтобы они немедленно отправились в путь.
Теперь тезки отправились из Испании и не останавливались, пока не достигли Якобсланда и замка, где пребывали братья. Там Тристрам призвал их выйти из замка:
— И мы вдвоем будем сражаться против вас семерых. И если вы хоть к чему-то годны, то выходите из замка.
Услышав это, они тут же быстро и ловко вооружились. Затем они выехали из замка, и когда они встретились, было недостатка в сильных ударах, которые они наносили друг другу. Король Тристрам сражался против пятерых, его тезка — против двоих. Сражение было долгим, ибо обе стороны были очень достойными воинами благодаря своей храбрости. Король Тристрам наносил братьям мощные удары, и столько же получал от них. Но все же в конце следует сказать, что король Тристрам убил пятерых, с которыми он сражался, но его товарищ убил одного из тех, с кем он столкнулся. Затем царь Тристрам убил оставшегося, и следовало опасаться, говорит тот, кто составил сагу, что он убил человека в последний раз, и оказалось истинной бедой, поскольку сам был смертельно ранен. Чужеземец Тристрам поблагодарил его за великую победу, которую тот для него одержал. Он предложил Тристраму землю и все, что было в его власти.
Тристрам ответил:
— Скоро никто не будет знать, кто будет править этими землями.
Тогда Тристрам послал за своей женой и сородичами. Его раны ухудшились, и приехали все лучшие врачи, которые были в стране, но с приходом каждого из них состояние его лишь ухудшалось. Теперь его ослабел.
Тогда он созвал ярлов, своих сородичей, и сказал:
— Я задумал для вас одно путешествие.
— Куда? — спросили они.
— Вы должны отправиться в Англию и попросить королеву Исодд прийти и исцелить меня, ибо я знаю, что она величайший врач, и сказать ей, что я не смогу поправиться, если она не придет. А когда отсюда можно будет увидеть ваше прибытие, когда вы вернетесь домой, тогда пусть это станет знаком вашей поездки: поднимите черные паруса над кораблями, если она не в пути, а в противном случае — белые паруса.
Они быстро приготовились к путешествию; и когда они были готовы, они отправились в путь, пока не прибыли в Англию. И как только король Мородд и королева Исодд узнали об этом, они вышли им навстречу и пригласили их на пир. Ярлы поблагодарили их за это: «но лучше не задерживаться». Затем они передали свое послание. И когда королева услышала эту весть, она приготовилась с большой поспешностью, но все же промолчала после этих слов. Теперь их поездка не задерживалась, пока они не прибыли в Якобсланд. Тогда Исодд Черная вошла в покои, где лежал Тристрам, и сказал ему, что видела прибытие ярлов. Он спросил, какие на кораблях паруса: белые или черные.
— Паруса черные, — ответила она.
— Я не ожидал, — сказал он, — что король Мородд не позволит ей отправиться, даже если от этого зависит моя жизнь; и я не знаю, — сказал он, — по какой причине.
Когда ярлы прибыли, Тристрам был мертв. Все сочли это такой огромной потерей, что ни мужчины, ни женщины не могли сдержать слёз. И хотя это сильно затронуло всех, тяжелее всего пришлось Исодд Прекрасной, так что ей оставалось жить всего три ночи; затем она умерла от горя. Потом обоих отнесли и похоронили в самой большой церкви в стране, и люди стояли над их могилами очень опечаленными из-за скорбной кончины, которая их настигла. Его похоронили с северной стороны, а ее — с южной. Потом из каждой могилы выросло дерево с дивными плодами, и деревья росли, пока не соединились над церковной крышей. Там ветви переплелись и стволы выросли так высоко в небо, что мало кому доводилось видеть деревья выше, и эти деревья до сих пор стоят там в знак того, что Тристрам обольстил Исодд Прекрасную не из-за злобы к королю Мородду, своему родичу, а потому, что сам Бог по Своей воле свел их вместе. Но Тристрам не принял Исодд Прекрасную от короля Мородда, потому что желал ему лучшего брака, и все же он никак не мог противиться судьбе.
— И хотя они не могли насладиться при жизни, — сказал тот, кто составил сагу, — давайте попросим самого Бога, чтобы они теперь вкусили радость любви и дружбы, и следует надеяться на то, — сказал он, — что так и будет, ибо мы имеем дело с милосердным Богом.
Теперь ярлы вместе со своей сестрой, Исодд Черной, вернулись в Испанию в глубочайшей скорби, и им нужно было рассказать много скорбных известий. Когда же король Мородд узнал об этих вестях, он был опечален, и это казалось ему величайшим горем, но все же он перенес его, как и все остальное, с большим мужеством. Затем он послал людей в Испанию за Калеграсом, сыном Тристрама. И когда Калеграс прибыл в Англию, король Мородд созвал собрание, и на этом собрании король Мородд передал Англию и королевскую власть Калеграсу, сыну Тристрама. А король Мородд отправился в Иерусалим, поселился в монастыре и радостно ожидал, когда Всемогущему Богу будет угодно призвать его к Себе из страданий мира сего.
Калеграс, сын Тристрама, стал лучшим рыцарем и самым искусным человеком во всех делах. Он был великодушен и щедр; он завоевал верность всех достойных людей королевства, но наказывал грабежи и злодеяния, как и подобает королю.
Но когда Калеграс некоторое время правил всей Англией, он отправился в Саксонию и попросил руки дочери императора; ее звали Лилья. Она была самой красивой женщиной после Исодд Прекрасной. Он [император] выдал ее за него с великой честью и почетом, и он [Калеграс] увез ее с собой домой в Англию. А когда они прожили вместе некоторое время, у них родились дети: два сына и дочь. Одного их сына звали Патрокл, другого — Мородд, а дочь — Моллина. Все они были очень способными. Сыновья Калеграса стали самыми многообещающими людьми, и о них сложена великая сага.
Теперь Калеграс правит Англией, пока это угодно Богу, Живому и Царствующему во веки веков. Аминь.
© Hrafn Hvíti, перевод с древнеисландского
Дата публикации: 17.09.2026