Король аульвов на острове Сельэй

Álfakóngurinn í Seley

Как-то летом, как обычно, какие-то люди ловили рыбу на острове Сельэй в Рейдарфьёрде. Случилось так, что когда люди переправили сушёную рыбу на большую землю, в сарае оставалось много рыбы священника из Хоульмара. Затем пришли ненастья, так что до той рыбы нельзя было добраться раньше осени, когда погода на море стала хорошей. Тогда отправились забрать её; её стали носить из сарая вниз к кораблю. Корабельщики заговорили о том, что забавно было бы пойти на внешнюю часть острова и узнать, не выбросило ли там что-нибудь на берег. Один из них вызвался пойти туда, пока остальные носят рыбу. Затем он ушёл, а остальные продолжили работу; внезапно море настолько взволновалось, что они едва смогли нагрузить корабль рыбой. Все взошли на борт и ждали того человека, но когда он появился, его невозможно было подобрать из-за прибоя. Тогда они крикнули ему и сказали, что ему нужно подождать, а они приплывут за ним на следующий день, если это станет возможно. Они сочли за лучшее спасти свою жизнь и направились к большой земле, а он остался без средств к существованию. Тут начался снегопад. Тогда человек в растерянности вернулся в сарай и находился там, пока не свечерело. Тогда он впал в отчаяние, подумал о том, что лучше лишить себя жизни, чем умереть там с голоду, выбежал из сарая и увидел ясную звезду. Затем он подумал, что небесных звёзд не видно в облачную погоду, и ему показалось, когда он образумился, что это скорее всего свет в окне. Он недолго бежал, пока не оказался у такого красивого здания, что более всего походило на королевский дворец. Тут он услышал, как внутри сказали:

— Да, девушки, бедняга, который сегодня остался на острове, только что пришёл сюда; пойдите и приведите его, поскольку я не хочу, чтобы он умер перед моими дверями.

Вскоре к нему пришла девушка, завела его внутрь и сказала, чтобы он сбросил заснеженную одежду. Он так и сделал. Затем она повела его наверх по очень высокой лестнице в прекрасную комнату, всю украшенную золотом и самоцветами. Там он увидел много женщин, и одна из них затмевала остальных. Он вежливо поздоровался с ними, а они хорошо приняли его приветствие. Тогда эта прекрасная девушка встала, отвела его в маленькую, но красивую комнату, поставила там перед ним вино и еду и затем ушла прочь. Не упоминается, где его уложили спать в тот вечер. Так прошла ночь, а утром она пришла к нему и сказала, что она не может быть там с ним, дабы развлекать его, но принесла ему всяческие развлекательные предметы.

Шла зима, наступило Рождество. В рождественскую ночь эта прекрасная девушка пришла к нему и сказала ему, что если ему кажется, что она сделала ему что-то хорошее, то он должен исполнить для неё одну просьбу, от которой не может отказываться: завтра будут проводиться танцы, и тогда её отец позовёт её поглядеть на эту забаву, а он тогда не должен проявлять любопытства и подглядывать, поскольку получит достаточно для своего развлечения здесь внутри. Он пообещал ей, что не будет любопытствовать. В рождественское утро она пришла к нему с вином, едой и всяческими развлекательными предметами, попрощалась с ним и ушла, а спустя немного времени он услышал пение и музыку. Он подумал про себя, что там ужасно весело и что неопасно будет очень быстро выглянуть, если его никто не увидит. Он стал взбираться на столбы, что были под окном, ведь потолки были высокие; затем он выглянул наружу и увидел множество людей, которые плясали и играли на разнообразных музыкальных инструментах. А посреди толпы он увидел похожего на короля мужчину, который сидел с короной на голове, и по женщине с обеих сторон от него. Он решил, что это супруга и дочь короля, и ту он узнал. Больше он не осмелился подсматривать и спустился от окна. Танцы продолжались до вечера. А когда она пришла к нему вечером, то была молчаливее обычного и сказала ему, что плохо он сдержал своё обещание не подсматривать, но она позаботилась о том, чтобы её отец ничего не увидел на сей раз. Затем до Нового года ничего важного не случилось.

В новогоднюю ночь она пришла к нему и сказала ему, что завтра будет со своим отцом смотреть на танцы, и тогда он должен постараться проявить большее благоразумие, чем на Рождество, и не любопытствовать. Он клятвенно пообещал не подсматривать. Тогда она принесла ему еду, вино и много всего для развлечения, а затем ушла. Но когда наступило утро, он услышал снаружи ещё больше веселья и радости, чем во время Рождества. Тогда он сказал самому себе, что не будет подсматривать, поскольку там то же самое, что и в Рождество, и на протяжении дня он сохранял спокойствие. Тут его начало терзать любопытство, что он ничего не знает о великом увеселении, и он выглянул и увидел, что эти танцы гораздо занимательнее, чем в первый раз, поскольку перед королём и королевой выступало много великолепных рыцарей. Затем он отстранился от окна, но видел, что никто не смотрел в окно на него, и вот так наступил вечер. А когда она пришла к нему вечером, то была очень сердита и укоряла его за то, что он обманул её. Однако это не испортило отношения между ними, поскольку она осталась с ним так же добра, как и прежде. Зима продолжалась, наступила Пасха.

В субботу перед Пасхой она пришла к нему, вела себя с ним ласково и попросила его теперь не любопытствовать завтра, даже если веселье сильно впечатлит его, поскольку если отец заметит, что она прячет у себя мужчину, то это будет стоить ей жизни. Утром в день Пасхи она пришла к нему, принесла ему всё, что он мог пожелать, попрощалась с ним и ушла. Затем началось шумное веселье, как и раньше. Так продолжалось весь день; тут ему наскучило одиночество, и он вышел из своей комнаты в соседнюю, поскольку думал, что она не заметит, если он подсмотрит оттуда, выглянул на мгновение наружу и увидел то же самое, что и на Новый год. Затем он вернулся в свою комнату, пока она не пришла вечером. Она была рассержена на него и сказала, что сегодня он предал её, как и раньше, но она не знает, заметил ли его её отец, однако он был к ней суровее, чем обычно.

— И я не полагала, — сказала она, — что ты проявишь себя так плохо, как ты сделал, и тебе ещё предстоят тяжёлые последствия.

Приближалось лето.

В последнюю ночь зимы она пришла к нему и сказала, что завтра первый день лета, и тогда за ним с большой земли приплывут люди, и он должен рано пойти к тому сараю; но она намерена попросить его об одной просьбе, если ему кажется, что она зимой сохранила ему жизнь, а это касается ребёнка, которого она понесла от него, ведь от этого зависит её жизнь: если она не сможет указать отца ребёнка, то её отец велит убить её. Но если она сможет указать отца, то он не убьёт её, и она ждёт от него ничего другого, кроме того, что он окажется верен ей в этом. Он пообещал ей это и сказал, что такого никогда не случится, чтобы он не признал отцовство, и ему это не составит труда, если у него от этого не будет бо́льших забот. Затем он попрощался с ней и поблагодарил её за все благодеяния, оказанные для него зимой, и следующим утром собрался рано, а когда он ушёл недалеко, то оглянулся на дворец, но не увидел ничего, кроме каменистых склонов и скал на юге острова; тогда он направился к сараю. Погода была ясной и подходящей для плавания, и не много времени прошло, прежде чем он увидел плывущий от большой земли корабль. Когда же корабельщики приблизились к острову, он вышел им навстречу. Увидев его, они испугались, поскольку он был толстым и упитанным, и они подумали, что он вернулся с того света, ведь они предполагали, что он несомненно умер зимой, и никто не осмеливался заговорить с ним, а тем более, высадиться к нему на берег. Однако в конце концов случилось так, что капитан высадился на берег и спросил, живой ли он человек или «возвращенец», и тот ли он самый, кто остался на острове осенью. Он ответил, что он тот самый, которого они бросили там осенью. Капитан сказал, что не понимает, как он прожил там без еды так долго. Островитянин сказал, что водоросли на Сельэй не менее питательны, чем каши на воде в Хоульмаре. Больше он ничего не захотел им рассказывать; затем он поднялся к ним на борт, и они поплыли на вёслах в Хоульмар. Большинство людей удивились, когда увидели его вернувшимся живым, и его по-всякому спрашивали, как он выжил зимой, но никто не узнал у него больше, чем корабельщики на острове.

Как-то воскресным днём в конце лета была хорошая погода, и к церкви пришло много людей, и работник собирался провести этот день в церкви. Когда же священник и прихожане вошли в церковь, неожиданно для всех у алтаря появилась колыбель, и ребёнок был укрыт вышитой золотом ризой, а рядом с колыбелью никого не было видно, кроме красивой женской руки; все поразились и стали переглядываться, а священник обратился с речью и сказал, что это дитя нужно крестить, и, конечно, в церкви есть кто-то, замешанный в этом деле, намекая в первую очередь на своего работника, и сказал, что полагает, что тот оставил дитя на Сельэй весной; но работник отрёкся от этого. Священник сказал, что хочет окрестить ребёнка под его именем, но работник наотрез отказался и сказал, что не хочет иметь с этим ничего общего. А священник сказал, что все знают, что он не выжил бы на острове, если бы не воспользовался чьей-то помощью, но работник заявил, что ребёнок не его, и запретил священнику крестить его под своим именем. Тут колыбель схватили, и она тотчас же исчезла, и раздался громкий плач, и люди услышали, как он удаляется из церкви. Тогда священник вышел следом, и люди вместе с ним. Все слышали, как плач и рыдания спускаются к морю, а на дворе церкви осталась лежать риза, и после этого её долго использовали в Хоульмаре. Все дивились этому событию, а больше всех — священник. А позднее работника поразило безумие. Тогда священник спросил его о причине, а тот рассказал всю историю, и что это были король и его дочь, у кого он перезимовал, и каждый день он раскаивался в том, что не признал ребёнка. После этого работник на всю жизнь не остался прежним, и так здесь заканчивается рассказ о короле сокрытого народа на острове Сельэй.

© Тимофей Ермолаев, перевод с исландского

Редакция перевода: Speculatorius

© Tim Stridmann