Páll skáldi

Пауль Стихоплёт

Þar sem Þjóðsögurnar tala um kraftaskáld á vorum dögum sakna ég Páls prests Jónssonar [1779–1846] sem lengi var í Vestmannaeyjum og oft var kallaður í stuttu máli Páll skáldi. Hann var oft á landi, bæði meðan hann var prestur í eyjunum og ekki síður eftir að hann hætti prestsskap. Um hann var það sagt að ef hann vildi út komast til eyjanna þá hafi hann aldrei brostið það. Eitt sinn er sagt hann hafi verið í Landeyjum og viljað komast út. Þetta var um vetrartíma og var þá veltubrim; þá er sagt að um kvöldið hafi hann verið einn á reiki úti við og heyrði þá einhvur hann mæla fyrir munni sér vísu þessa:

Там, где в «Народных преданиях» говорится о могучих скальдах наших дней, я1 заметил отсутствие священника Пауля Йоунссона2, который долго жил на островах Вестманнаэйяр, и которого для краткости часто называли Паулем Стихоплётом. Он часто бывал на большой земле, и в пору, когда служил священником на островах, и не в последнюю очередь после того, как оставил должность. О нём рассказывали, что, если он хотел выбраться на острова, то никогда не терпел в этом неудачу. Говорят, однажды он находился в Ландэйяре и собрался уезжать. Это происходило зимой, и в то время был сильный прибой; говорят, что тем вечером он в одиночестве бродил снаружи, и тогда кто-то услышал, как он бормочет эту вису:

En að morgni er sagt að komið væri hið bezta leiði.

И, как говорят, утром подул наиблагоприятнейший попутный ветер.

Eitthvört sinn er sagt að Páll prestur hafi verið í landi um þann tíma vetrar sem sjómenn eru vanir að flytja sig í Landeyjarnar og bíða þar leiðis til eyjanna. Þá voru flestir komnir þangað sem ætluðu út. Þegar þeir hittu Pál og vissu að hann ætlaði út þegar leiði kæmi féllu þeir upp á því að þá skyldu þeir gefa honum sinn pelann hvur af brennivíni er þeir kæmu út ef komið yrði gott leiði að morgni, en allir vissu að honum þókti góður sopinn, og hafi hann þá sagt að það gæti vel orðið þó lítil líkindi væri til þess, en þá var útsynningur og stórbrim. En að morgni var komið bezta leiði og var það ætlan manna að í það skiptið hafi Páll tekið til kvæðanna þó enginn hefði af því að segja, og margir af sjómönnum höfðu glatt Pál með fyrirheitna pelanum er út kom.

Рассказывается, что как-то раз священник Пауль находился на суше в ту пору зимы, когда моряки обычно переезжают в Ландэйяр и ожидают там попутного ветра до островов. Туда уже прибыло большинство тех, кто собирался покинуть большую землю. Когда они повстречали Пауля и узнали, что он собирается уплыть, как будет попутный ветер, они уговорились, что, выбравшись, дадут ему по фляжке бреннивина каждый, если утром будет хороший ветер, а все знали, что он был любитель выпить, и он тогда ответил, что такое вполне может случиться, хоть вероятность этого и мала, а в то время дул юго-западный ветер, и был сильный прибой. Однако наутро подул наиблагоприятнейший попутный ветер, и люди полагали, что Пауль в тот раз прибег к стихам, хотя об этом никто и не рассказывал, и многие моряки одарили Пауля обещанной фляжкой, когда выбрались с большой земли.

Einhverju sinni var Páll á sjó á smáferju (sem í eyjunum er almennt kallað jul) og menn með honum. Þá sló yfir svartaþoku svo þeir vissu ekki hvar þeir fóru, og sáu alls ekki fyrir að þeir gætu fundið eyjarnar. Þegar svona var komið kvað Páll vísur sem ég hef heyrt að væri alls þrjár, en ég hef ekki heyrt nema tvær; þær eru svolátandi:

Как-то раз Пауль был в море на небольшом пароме (который на островах принято называть ялом), и с ним люди. Тогда опустился густой туман, так что они не понимали, где плывут, и совсем не знали, как им найти острова. Когда так случилось, Пауль сказал висы, которых, как я слышал, всего было три, однако я слышал только две; они звучат так:

Létti strax upp þokunni svo hann komst með félögum sínum þangað sem hann ætlaði sér.

Туман сейчас же рассеялся, так что он со своими товарищами добрался туда, куда хотел.

Þá eru til vísur eftir Pál sem hann kvað í skapsmunum til annara manna, er höfðu fljóta verkun og hann annaðhvert af sjálfsdáðum eða fyrir bón annara kvað aðrar betri á móti til að bæta úr því sem aflaga fór og hafði eins fljóta verkun til umbóta. En [þar] þær virðast ekki vera skáldinu til sæmdar eða öðrum til nytsemdar að hafa þær um hönd, þá læt ég hjá líða að setja þær hér, en læt mér nægja að setja hér eina til sýnis. Eitthvört sinn við drykkju (en hvers slags samdrykkja það var man ég ekki nú sem stendur) kvað Páll vísu þessa:

Далее, имеются висы Пауля, сказанные другим людям сгоряча, которые имели быстрое воздействие и он, добровольно, либо по просьбе других, сочинял вместо них другие получше, чтобы исправить то, что пошло не так, и улучшения действовали столь же быстро. Однако поскольку они, как кажется, не делают скальду чести, либо же остальным нет никакой пользы знать их наизусть, я не стану помещать их здесь, но остановлюсь на одной для примера. Как-то раз за питьём (но какого рода это была пирушка, я в настоящее время не помню) Пауль сказал такую вису:

Þá er sagt að þessum hérnefndu mönnum hafi sortnað fyrir augum og hafi Páll þá samstundis orkt þessa vísu á móti:

Тут, как говорят, у этих названных здесь мужчин потемнело в глазах, и тогда Пауль немедленно сочинил вместо неё такую вису:

Enda er sagt að þá strax hafi þeir orðið jafnhressir sem áður.

И говорят, что тогда они сразу сделались столь же бодры, как прежде.

Það er ætlan mín að þeir sem voru vel kunnugir lífsferli Páls gæti tínt til nokkur dæmi lík þessu framansagða. Þar að auki var hann forspár um marga hluti og set ég hér tvö dæmi því til sönnunar sem ég veit með fullri vissu að eru sönn:

Я предполагаю, что те, кто был хорошо знаком с жизненным путём Пауля, могли бы привести какие-нибудь примеры, подобные рассказанному ранее. Кроме того, он умел предсказывать многие вещи, и я помещаю здесь в подтверждение этому два примера, в правдивости которых я совершенно уверен.

Fyrir nokkrum árum giftist bóndi í Landeyjum Sæmundur af nafni. Lýsingar fóru fram að venju og brúðkaupsdagur var ákveðinn, en þegar til kirkjunnar kom, að Krossi, þá var prestur veikur og gat ekki aðstaðið. Þá stóð svo á að Páll var viðloðinn á heimili brúðgumans og hafði þá í viku verið í fylliríi og mun um morguninn ekki hafa verið vel rokið vínið úr höfði hans. Það varð þá að ráði að brúðguminn sendi eftir Páli svo athöfnin sem til stóð gæti fram farið. Páll kom og lét til leiðast, þó hálfnauðugur, að gegna hér prestsverkum. Hann hafði enga vígsluræðu, heldur einungis það sem handbókin hefur og allar venjulegar serimoníur, en stóð sig þó í þessu í öllu falli siðsamlega svo sem ódrukkinn maður. En á eftir fór hann orðum um að þetta hefði verið stutthalalegt, en það þyrfti ekki meira með, því hjónabandið yrði ekki lengra en svo. En brúðguminn lifði aðeins viku á eftir.

Несколько лет назад в Ландэйяре женился бонд по имени Саймюнд. Оглашения брака прошли согласно обычаю, и был назначен день свадьбы, однако когда приехали в церковь, в Кросс, священник оказался болен и был не в состоянии провести обряд. В то время Пауль уже долго пребывал в доме жениха и в течение недели пьянствовал, и наутро вино вряд ли полностью выветрилось у него из головы. Тогда было решено, что жених пошлёт за Паулем, так что можно будет совершить действие, которое предстояло. Пауль приехал и, хоть и неохотно, дал согласие исполнить здесь обязанности священника. Он не воспользовался никакой венчальной проповедью, но только тем, что имелось в карманном служебнике и произносилось на всех обычных церемониях, однако во всех этих обстоятельствах всё же вёл себя подобающим образом, словно трезвый человек. Однако после он обмолвился, что это вышло безыскусно, но большего и не требовалось, поскольку брак этот долго не продлится. И после этого жених прожил всего неделю.

Annað dæmi er það að hér í þessari sveit1 var ríkur maður og einhver bezti búmaður. Hann missti konu sína. Hann fór út í Holtasveit og var að biðja sér þar stúlku sem var einbirni ríks manns þar í Holtunum. Um þessar mundir var Páll á ferð hér um sveitina og á einhvörjum bæ varð tilrætt við Pál um bónorðsför þessa manns. Þá sagði Páll að maðurinn fengi ekki þessa stúlku, það væri önnur sem honum væri ætluð. Hér í sveitinni var vinnukona sem bæði var félaus og munaðarlaus og hafði átt barn með giftum manni. Þessi sagði Páll að yrði kona þessa manns, og það svo freklega að hann sagði hún skyldi fá hann. Enda leið ekki langt um að þetta rættist sem engum mundi þó hafa til hugar komið þegar Páll spáði því. Nú er þessi maður dáinn; hann var einn sem drukknaði í síðari skiptapanum í Mýrdalnum í vor.2 En konan lifir eftir og mun vera einhver hin ríkasta hér í sveit.

Другой пример таков, что здесь в этой округе3 проживал богатый человек, один из лучших бондов. Он лишился жены. Он поехал в Хольтасвейт и посватался там к девушке, которая была единственным ребёнком местного хольтского богача. В это время Пауль путешествовал здесь по округе, и на каком-то хуторе с ним заговорили о сватовстве этого человека. Тогда Пауль сказал, что тот эту девушку не получит, ему, мол, предназначена другая. Здесь в округе проживала работница, которая была бедна и не имела родственников, и у неё был ребёнок от женатого мужчины. Её-то Пауль и назвал будущей женой этого человека, да так запальчиво, что, по его словам, она должна заполучить его. И не прошло много времени, как сбылось то, о чём никто бы даже и не помыслил, когда Пауль это предсказывал. Теперь этот человек уже умер; он был одним из тех, кто утонул в последнем весеннем кораблекрушении в Мирдале4. А та женщина всё ещё жива и, наверное, одна из богатейших людей здесь в округе.