Séra Magnús á Tjörn

Преподобный Магнус из Тьёртна

Síra Magnús Einarsson sálmaskáld á Tjörn í Svarfaðardal var álitinn kraftaskáld.

Считалось, что преподобный Магнус Эйнарссон1, сочинитель псалмов из Тьёртна в Сварвадардале, был могучим скальдом.

Einu sinni kom Jón læknir Pétursson að heimsækja hann því að þeir voru fornkunningjar, Jón og síra Magnús.1 Síra Magnús tók Jóni vel og bauð honum inn; var settur fyrir hann beini í stofu og át síra Magnús þar með honum. Jón sá að stúlka sú sem bar á borð (það var ráðskona síra Magnúsar) var ólétt og segir í grannleysi: „Átt þú það sem hún ber undir beltinu þessi, lagsmaður?“ Prestur svarar því engu, en heldur áfram að eta og skrafa eins og ekkert hafi verið. Svo var Jón þar um nóttina í bezta yfirlæti. Morguninn eftir fer prestur að sýna honum bæinn sem hann hafði þá nýbyggt og spyr hann þegar búið er hvernin honum lítist á byggingu sína. „Vel,“ segir Jón; „en,“ bætti hann við í grannleysi, „mér sýnast dyrnar vera heldur þröngar fyrir ólétta konu að ganga um.“ Prestur svarar því engu heldur. En þegar Jón var að fara og var setztur á bak gekk síra Magnus að hesti hans og sagði:

Как-то его приехал навестить врач Йоун Пьетюрссон2, потому что они были давние знакомые, Йоун и преподобный Магнус. Преподобный Магнус хорошо принял Йоуна и пригласил его в дом; для него в комнате было выставлено угощение, и преподобный Магнус ел там вместе с ним. Йоун заметил, что девушка, которая накрывала на стол (это была экономка преподобного Магнуса), беременна, и без всякого злого умысла говорит:

— Принадлежит ли тебе, товарищ, то, что она носит под этим поясом?

Священник ничего на это не отвечает, однако продолжает есть и болтать, как если бы ничего не случилось. Затем Йоун остался там на ночь в наилучшем расположении. На следующее утро священник берётся показать ему хутор, который он тогда только отстроил, и, закончив, спрашивает, как тому понравились его постройки.

— Хорошо, — отвечает Йоун, — но, — добавил он без злого умысла, — мне кажется, что эти двери слишком тесны, чтобы беременной в них пройти.

Священник на это совсем ничего не отвечает. А когда Йоун уезжал и забрался в седло, преподобный Магнус подошёл к его лошади и сказал:

Jón gaf þessu lítinn gaum, en hélt af stað. Þegar hann fór niður hlaðbrekkuna datt hestur hans og fótbrotnaði. Þá fór Jón að gruna hvernig í öllu lægi, sneri heim aftur og bað prest fyrirgefningar. Sagðist þá síra Magnús ekki geta tekið það aftur þó hann vildi; en sagði þó að ekki mundi eins mikið kveða að heiftyrðunum og til hefði verið tekið í vísunum.

Йоун не придал этому особого значения и отправился в путь. Когда он ехал по склону, ведущему от двора, его лошадь упала и сломала ногу. Тут Йоун начал подозревать, как обстоит дело, повернул обратно и попросил у священника прощения. Тогда преподобный Магнус ответил, что не может забрать это обратно, даже если бы захотел; но всё же он сказал, что злые слова подействуют не так сильно, как было обещано в висах.

Einu sinni vakti Guðbrandur, kallaður Galdra-Brandur (hann var langafi Þórðar læknis sem dó á Akureyri2), á Fljótsbakka fyrir austan upp draug, en gat ekki ráðið við hann eftir þörfum sínum svo hann sendi hann til síra Magnúsar og ætlaðist til að hann setti draugsa niður fyrir sig. Síra Magnús sá þegar draugsi kom og vissi um leið hvernig á öllu stóð. Segir hann þá:

Однажды Гвюдбранд, которого прозвали Гальдра-Брандом3 (он был прадедом лекаря Тоурда, который умер в Акюрейри4), пробудил драуга на востоке во Фльоутсбакки, но не сумел принудить его выполнять свои требования, поэтому послал его к преподобному Магнусу, ожидая, чтобы тот заставил привидение уйти под землю вместо него. Преподобный Магнус увидел, как явилось привидение, и тут же догадался, что всему этому причиной. Тогда он говорит:

Þegar draugsi heyrði þessa kveðju snéri hann við og heim til Brands og fylgdi honum alla ævi upp frá því.

Услыхав такое приветствие, привидение развернулось, отправилось назад к Бранду и с тех пор преследовало его всю жизнь.