Gamlir tyllidagar

Старые праздники

Sprengikvöld. Þá var skammtað svo mikið hangiket að mönnum lá við spreng, því hver maður átti að ljúka sínu keti, en gæti hann það ekki voru leifarnar hengdar upp í baðstofunni rétt framan í augunum á honum og voru látnar hanga þar alla föstuna til páska, honum til skapraunar. Sá hann það alltaf og fann að því lyktina. En ekki mátti hann — heldur en aðrir — bragða ket alla föstuna.

Вечер Лопания [вторник после начала Великого поста]. Тогда съедали так много копчёного мяса, что люди чуть ли не лопались, ведь каждый должен был доесть своё мясо, а если он не мог, то остатки подвешивали в бадстове прямо у него перед глазами и оставляли висеть там на протяжении всего поста до Пасхи, чтобы ему досадить. Он всё время это видел и чувствовал запах. Однако ему было нельзя — не более, чем остальным — попробовать мяса весь пост.

Að sitja í föstunni. Löngu eftir það farið var að éta ket á föstunni og víst allt til skamms var það sumra siður „að sitja í föstunni“, sem var í því innifalið að frá því á sprengikvöld til þess á páskadag mátti aldrei nefna „ket“ né „flot“, heldur „klauflax“ og „afrás“. Ekki mátti þá heldur nefna „ketil“, „að fara á flot“ eða annað því um líkt. Að bregða hér út af þókti ærið glappaskot. (Móðir mín1 sagðist oft hafa setið í föstunni í ungdæmi sínu, en þó var það þá mest gert að gamni sínu).

Сидеть на посту. Долгое время после того, как в пост начали есть мясо, и точно до недавних дней у некоторых был обычай «сидеть на посту», который сопровождался тем, что начиная с Вечера Лопания и до Пасхи нужно было говорить не «мясо» и «жир», а «копытный лосось» и «шуга»1. В это время нельзя было даже сказать «месиво», «транжирить»2 или другое тому подобное. Отступиться от этого считалось большим проступком. (Моя мать3 говорила, что часто сидела на посту в своей молодости, однако тогда это всё же делалось больше ради забавы).

Maríumessa 25. marz. Maríumessa var í Grímsey víst allt að hér um bil 1848 — og er máske enn — með allri alúð helg haldin, þar hún var talin „móðir allra hátíða“.

Мариин день 25 марта. На острове Гримсэй точно вплоть до ок. 1848 года — и, может быть, до сих пор — Мариин день со всем усердием соблюдали выходной, поскольку его называли «матерью всех празднеств».

Mikaelsmessa var í Grímsey gangnadagur. Þá var þar líka góður glaðningsdagur og ekki róið á sjó né unnin önnur landvinna.

Михайлов день [29 сентября] на Гримсэйе был первым днём осенних поисков овец. В то время там также устраивали хороший праздник, и как не ходили в море, так и не выполняли никаких работ на суше.

Í Fljótum og víst víðar var það venja að smalinn fengi að eiga alla sauðamjólkina á Mikaelsmessu, en mjaltakonan á allraheilagramessu.

Во Фльоуте и, без сомнения, в других местах был обычай, чтобы на Михайлов день пастуху разрешалось забрать себе всё овечье молоко, а на День Всех Святых [1 ноября] — дояркам.

Allra heilagra messa. Um hana finn eg ekkert skrifað í blöðum mínum, en ég ætla þó að ég muni fullvíst það er nú skal greina: Það var í Grímsey siður að halda allraheilagramessuna helga svo að hvorki var unnin landvinna né róið á sjó þó logn væri. Bar ekki út af þessu fyrri en árið 1848. Þá var á allraheilagramessu logn og góðviður (+ 1° á Celsius). Þá reri Jón á Eiðum á fisk, og þókti það mikil nýjung. — Mér var sagt það í Grímsey að það hefði allténd verið venja þar að hjón væru gefin saman á allraheilagramessu, það er að segja þegar einhver hjónaefni voru til; annars er auðskilið það gat ekki látið sig gera. Haustið 1848 stóð nú til í eyjunni að hjón giftist á allraheilagramessu, en einhverjar heimiliskringumstæður þeirra ollu því að þetta komst ekki á fyrr en daginn eftir. Þetta þókti og mikil nýjung.

День Всех Святых. Я не нахожу записей о нём в моих бумагах, но всё же считаю, что достоверно помню то, о чём сейчас будет рассказано:

На Гримэйе был обычай устраивать на День Всех Святых выходной, так что никто не работал ни на суше, ни на море, даже если стояла тихая погода. От этого не отступали до 1848 года. Тогда в День Всех Святых стояла тихая и хорошая погода (+1° по Цельсию). Тогда Йоун из Эйдара4 вышел в море за рыбой, и это считалось большим новшеством.

На Гримсэйе мне рассказывали, что там всегда существовал обычай, чтобы супруги сочетались браком в День Всех Святых; то есть, если какие-нибудь будущие супруги имелись, иначе, ясно, что сделать этого было нельзя. И вот осенью 1848 года на острове ожидалось, что в День Всех Святых поженятся супруги, однако из-за каких-то их семейных обстоятельств это получилось сделать не ранее, чем на следующий день. Это также посчитали большим новшеством.

Sumardagur fyrsti er alstaðar eða víðast hvar í Norðurlandi mikil hátíð; þá eru gefnar sumargjafir. Sá sem snemma vaknar og fer á fætur á sumardagsmorguninn fyrsta, hann verður árvakur allt sumarið. Sá sem þá vaknar seint, hann verður allt sumarið niðurdreginn á morgnana.

Первый день лета [первый четверг после 18 апреля] везде или же во многих местах на Севере — большой праздник; тогда дарят летние подарки. Тот, кто рано просыпается и встаёт утром в Первый день лета, тот будет рано просыпаться всё лето. Тот, кто в это время проснётся поздно, всё лето по утрам будет без сил.

Völuspá. „Upp upp kryppa á völu minni. — Segðu mér það spákona er eg spyr þig að. — Ég skal með gullinu gleðja þig — silfrinu seðja þig, — gefa þér kóngsson og allt hans ríki ef þú segir satt, — en brenna þig upp á björtu báli ef þú lýgur.“ Svo kemur spurningin, t. d. verður gott veður á morgun, eða verða skipin komin um sumarmál, eða þá eitthvað sem maður vill spyrja um — mutatis mutandis.2 Nú er völunni kastað (svo hún velti?); snúi kryppan og hornin upp, þýðir það já, en snúi valan upp í loft, merkir það nei.

Предсказания по бабке. «Кверху, кверху горбом повернись, моя бабка! — Пророчица, расскажи мне то, о чём я тебя спрошу. — Златом тебя одарю, серебром насыщу, дам тебе королевича да всё его государство, коли правду скажешь, но сожгу тебя на ярком костре, коли ты солжёшь». Затем задают вопрос, например, будет ли завтра хорошая погода или придут ли корабли в начале лета или что-нибудь такое, о чём человек хочет спросить, — mutatis mutandis5. Теперь бабку бросают (так что она катится?); если горб или вершина повернутся кверху, это означает «да», а если бабка повернётся на спину, это значит «нет»6.